Но восхищение Уля приняла как заслуженное. Всё же, устроить перед сааронцами болото и, тем самым, расколоть их армию, она додумалась сама, без подсказки Олега. И сейчас считала себя вправе этим гордиться. Олег, когда она ему подробно всё расскажет, наверняка будет думать так же.
Окончательно сломить сопротивление оказавшихся в ловушке сааронцев удалось, примерно, через склянку.
Победные крики сфорцев и злые вопли смотревших в бессилии сааронцев ещё звучали, когда Уля одёрнула Бора.
— Генерал, нужно узнать общее количество раненных в нашей армии, пока я займусь исцелением в третьем полку, — сказала она.
С наполненным более, чем на три четверти резервом, Уля рассчитывала вытащить к жизни всех, кто ещё не перестал дышать. Пусть не сразу, но вытащить. К тому же, ре,Двоттер начал отводить свои полки к лесу, где находился его обоз. Силы его магов уже были достаточно опустошены поддержанием Сфер, чтобы продолжать их напитывать ещё длительное время.
Маршал и его маги наверняка, как и маги Сфорца, так и не поняли, что имели дело вовсе не с новым заклинанием, а с нестандартным использованием старого доброго Пламени, и, значит, не представляли, сколько времени им ещё предстоит ожидать осушения болота и, вообще, исчезнет ли оно когда-нибудь.
— Барон, не уходите, — сказала она командиру третьего полка, — Начну с вас, — Уля исцелила Лунгера полностью — командиры ей были нужны в абсолютном здравии, — Распорядитесь, чтобы приносили сначала самых тяжёлых.
Уля не из отвращения, лени или гордыни не стала сама ходить по местам сражения — она, наблюдая всё время за боем, очень хорошо представляла себе тот огромный объём работы, который ей сейчас предстояло выполнить, и тратить свои силы на что-то ещё, кроме исцеления, считала неправильным. К тому же, ей было необходимо оставить хотя бы десятую часть своего резерва, как говорил Олег, на всякий пожарный случай.
— Всё понял. Сейчас организую, — сверкнул глазами исцелённый барон. Бросаться с благодарностями за исчезнувшие боли в немало порубленном теле он не стал. Понимал, что не время, — Четвёртому досталось не меньше. Их командиру сообщить?
— Да, если не трудно, — улыбнулась Уля.
А дальше, как обычно в таких случаях, она выпала из жизни. Только исцеляла, исцеляла и исцеляла. Хотя брат призывал учиться, учиться и учиться. Правда, не её — и с загадочной улыбкой.
Уля тоже мимоходом улыбнулась, вспомнив брата и решив, что он сможет ей гордиться. Она — молодец. Всё получилось, как она и рассчитывала. Те, кто не погиб в ходе сражения или не умер в течение ближайшей склянки после него, теперь будут жить, пусть многим из них до окончательного исцеления ещё предстоит полечиться.
— Госпожа, может вам горячей воды добавить? — спросила Эрса.
В замке Валон была очень неплохая баня, в которой был оборудован даже небольшой бассейн. Поплавать в нём не получалось, но зато Уля, с её ростом, могла свободно разместиться не сгибая ноги в коленях.
— Не нужно, — улыбнулась она рабыне, — Я уже выхожу.
За склянку времени, которую она провела в бане, Уле удалось немного придти в себя после нескончаемого потока раненных и монотонной работы по формированию одного за одним конструктов Малого Исцеления. То, что ей, каждый раз, приходилось оценивать необходимое в данном конкретном случае количество энергии, нужное для наполнения конструкта, монотонность не разнообразило, а делало её ещё более утомительной.
Эрса, из привезённой одежды, подобрала ей тёплый шерстяной брючной костюм, салатового цвета.
— Не хотели тебя тревожить. Понимаем, тебе надо отдохнуть, но ведь, наверняка, тебе самой хочется узнать, как у нас обстоят дела.
Генерал Бор пришёл к ней после военного совета вместе с полковником Нечаем.
Уля занимала в замке Валон комнаты младшей дочери барона, давно поселившейся в Пскове. Она уже поужинала, но спать пока не собиралась. И, если бы Бор сам не догадался прийти к ней с докладом, она бы его вызвала.
— Садитесь, — пригласила она, — В ногах правды нет.
— От кого-то я это уже слышал, — улыбнулся Нечай, — Не возражаешь?
Он показал на стул рядом с тем, на котором сидела Уля, за небольшим столиком возле окна-бойницы.
Бор понимающе усмехнулся и сел напротив.
— Об угощении вам я не позаботилась, — она кивнула на небольшую вазочку, где осталось всего одно яблоко и лежали четыре огрызка, — Но мы сейчас это исправим. Да, Эрса?
Рабыня тут же убежала разыскивать управляющего замком.
— Не стоило, — отмахнулся Бор, — Поесть мы не забыли. Нечай, ты первым доложишь?
Полковник убрал руку с улиной коленки и кивнул.
