Другие лидеры согласно бормочут, выражая готовность избавиться от информаторов. Никому не по душе иметь предателей в своих рядах.
— Он не мог соврать? — ледяным тоном спрашивает Санта Муэрте.
— Не мог, — я качаю головой.
Реакции Марии понятна, ведь один из нескольких названных поимённо уродцев — это Эль Гато, её офицер. Не везёт ей на товарищей. То помрут, то предадут.
— Мы с тобой, Егерь, — тем временем произносит Раджани, сверкнув глазами. — Танец Кали не потерпит отступников в своих рядах. Мы вырвем эту заразу с корнем!
На этом совещание завершается.
Проходит несколько суматошных дней, в течение которых мы с союзниками изо всех сил пытаемся вычислить и обезвредить информаторов Консорциума. Кланы один за другим докладывают об успехах — где-то удалось поймать «крота» при попытке передать данные, где-то — склонить к признанию шантажом или подкупом, где-то помог я благодаря
Нашу собственную крысу мы вычисляем довольно быстро. Помогает идея Деворы, которая предлагает провести короткие интервью с жителями наших форпостов под соусом «мудрый вождь знакомится со своими гражданами, чтобы получше узнать о том, что их тревожит». Два дня спустя, выслушав массу претензий на плохую кормёжку, личные конфликты, отсутствие в достаточной мере приборов личной гигиены, я узнаю заветное имя. Нужным клиентом оказывается один из помощников Терри — администратора Фритауна.
В этот раз обходимся без показательных казней, как когда-то было с Ларри. Просто Бекка распространяет информацию по внутриклановому чату, что служба безопасности обнаружила и ликвидировала вражеского агента.
От Консорциума пока нет никаких вестей, хотя я ждал хотя бы формальной ноты протеста. Видимо, готовят какую-то пакость.
В краткие часы отдыха я повышаю звёзды, подбираясь к новым ступеням параметров.
А на четвёртый день Девора врывается ко мне в кабинет с озабоченным лицом, чтобы сообщить, что в Тегеране началась сильнейшая аркановая буря.
Галадра Архарц сидит в своём кабинете, окутанная полумраком и тишиной. Мягкий свет ламп причудливо играет на резных панелях из багрового дерева, покрывающих стены. Массивный стол из чёрного камня, за которым она проводит большую часть времени, завален бумагами и древними фолиантами. В углу — стеллаж, уставленный артефактами со всех уголков галактики. Она коллекционирует их, как иные — произведения искусства. Для неё они — символы власти и могущества их клана.
Дроккальфар задумчиво потягивает фендарийский альцион из хрустального бокала, наблюдая за игрой света в переливающихся гранях. Насыщенный вкус и бодрядщее послевкусие немного приглушают ее раздражение. Дела клана в последнее время идут не лучшим образом. Консорциум, эти наглые торгаши, увели у них из-под носа права на добычу эскадия — ценнейшего металла, необходимого для производства боеприпасов и оружия. Подкупили кого-то из её агентов, не иначе. Нужно будет ей заняться чисткой рядов, когда разберётся с другими… делами.
В дверь тихо стучат, и в кабинет просачивается один из её слуг, чьё имя она так и не удосужилась узнать. Ни к чему. Все они легко заменимы. Склонившись в почтительном поклоне, мужчина замирает у двери в ожидании разрешения подойти. Она нетерпеливо кивает, чувствуя, как гнев снова закипает внутри. Если этот никчёмный слизняк явился без веской причины — она спустит с него шкуру.
— Госпожа, — слуга подходит ближе, опасливо косясь на змеящиеся у её ног волны арканы, — пришло срочное сообщение… касательно вашего поручения Калибану.
Она резко подаётся вперёд, впиваясь в говорящего немигающим взглядом. Тот сглатывает и продолжает:
— Наш информатор на Земле доложил, что, к сожалению… покушение не увенчалось успехом. Егерь уцелел после схватки. Раненый, но живой.
Бокал в её руке взрывается хрустальными брызгами. Осколки стекла впиваются в щеку мужчины, заставив его дёрнуться, но чужая боль меркнет на фоне обжигающей ярости, затапливающей сознание главы клана.
Даже Калибан, наёмник, имевший неплохие рекоммендации, не смог прикончить мальчишку⁈
— Госпожа, прошу вас, возможно не стоит… — лепечет дроккальфар, но она уже его не слышит.
Сжав пальцы, Галадра фокусирует аркану на чужом горле и впечатывает слугу в стену. Тот хрипит, дёргая ногами в воздухе, но ей плевать. Ярость требует выхода. Повинуясь её воле, гравитация вокруг многократно усиливается. Пронзительный вой переходит в визг и обрывается. Кости бесполезного самца оглушительно трещат, тело сплющивается, сминается, уплотняется. Через несколько секунд перед ней висит идеально ровный алый шар. Шар из плоти и крови, секунду назад бывший живым разумным существом. Бесполезный отброс даже после смерти выводит её из себя тем, что пачкает её ковры своей дрянной кровью!
