– Ты должен умереть. Это единственный способ спасти Викторию, – продолжал Кирташ. – Потому-то я и убью тебя. Ради нее. А что ты можешь для нее сделать?
– Я здесь, чтобы сразиться с тобой, – провозгласил Джек. – Я убью тебя или погибну в бою, но тебе это так просто с рук не сойдет.
– Тогда погибни. Будет лучше всем.
Кирташ появился словно из ниоткуда. В его ледяных глазах отражалась смерть, и со всего размаха он нанес по Джеку сокрушительный, яростный удар.
В самый последний момент Джек вскинул Домиват, и снова лезвия двух легендарных мечей скрестились. Джек почувствовал, как его злость наполняла Домиват, ненависть придавала ему сил. А вот Кирташу эти эмоции лишь мешали: его мощь заключалась в полном самоконтроле.
Но лезвие Хайясса все же задело Джека в бок. Из груди мальчика вырвался пронизанный болью стон, когда его кожа покрылась коркой льда. Однако мальчик все же собрался и из последних сил смог заставить Кирташа отступить. Он вдруг вспомнил о Виктории и подумал о том, что это чудовище по имени Кирташ пытался управлять нитями ее жизни и судьбы. Но, прежде всего, перед его глазами возник образ парившей над ними прошлой ночью крылатой змеи – жуткой и губительной, но вместе с тем завораживающей. Тогда им овладел страх, но сейчас он не чувствовал ничего, кроме отвращения и ненависти – тупой, всепоглощающей и невыносимой. И снова внутри него что-то взорвалось.
Однако в этот раз не возникло огненного кольца. Вся сила Джека сконцентрировалась в Домивате, и меч, казалось, на мгновение собрал в себе всю силу звезд. С диким криком Джек понесся на Кирташа, и юноша поднял Хайясс, чтобы остановить удар.
Раздался странный звук, словно раскололась ледяная стена, и Джек в страхе отшатнулся.
Напротив него по-прежнему стоял Кирташ в боевой стойке. Он все еще держал в руках Хайясс.
Вот только меч его был сломан пополам. Часть его упала на песок и погасла.
Оба в полной растерянности смотрели на остатки меча, не понимая, что происходит. Тогда Кирташ поднял голову и посмотрел на Джека. В первый раз за все время их знакомства мальчик видел на лице Кирташа нескрываемую ненависть. В первый раз Джек увидел в глазах шека… уважение?
– Ты просыпаешься, – сказал Кирташ.
– Что? О чем ты говоришь?
– Уже ничто не сможет тебя спасти. Даже Виктория.
Джек встал в стойку «к бою», но Кирташ, покачав головой, смутился, отступил и…
…исчез в ночной мгле.
– Подожди! – кричал ему Джек, все еще растерянный. – Ты не можешь уйти! Ты должен сказать мне…
И он замолчал, осознав, что остался совсем один.
– …кто я, – закончил он тихим голосом.
Но у Джека не было времени на раздумья: он вспомнил о ране, нанесенной ему Кирташем, и почувствовал жуткий холод. Мальчик задрожал и упал коленями на песок. Схватившись руками за раненый бок, Джек попытался подняться, но тщетно: он был слишком слаб и неясно осознавал, что происходит.
Он смог разбить Кирташа? Расколол Хайясс – символ несокрушимости шека? Мальчик поднял голову: на песке, брошенная и никому не нужная, лежала половина меча, погасшая и мертвая. У Джека закружилась голова, и он почувствовал, что падает…
Но что-то его удержало.
– Джек, – раздался приглушенный голос Виктории. В нем звучало сильное волнение. – Джек, что с тобой?
Открыв глаза, мальчик увидел Викторию. Она поддерживала его. Во взгляде девочки выражалась глубокая тревога. Джек хотел улыбнуться. Все было, как в сладком сне.
– Я… победил, – прошептал он. – Но не смог его убить. Мне очень жаль, Виктория, я… снова подвел тебя.
Девочка крепко прижала его к себе. Джек положил голову ей на плечо и закрыл глаза, дрожа от холода, словно над ним нарастал толстый слой льда, из которого ему уже не выбраться.
Но выход был. Там, в конце ледяного туннеля, светился теплый огонек. Джек потянулся к нему, и поток живительной энергии наполнил его тело, понемногу растворяя лед.
Джек наконец очнулся и увидел не сводившую с него глаз Викторию.
– Тебе лучше?
– Ты меня… вылечила? – спросил Джек. Головокружение никак не проходило.
Девочка кивнула. Мальчик осмотрелся вокруг: они по-прежнему находились на пляже, кто знает, в какой части света, но над горизонтом уже появлялись первые лучи солнца. Все еще в школьной форме, Виктория сидела на коленях на песке, и Джек лежал, положив ей голову на ноги. Пальцами девочка нежно гладила мальчика по волосам, и Джек просто наслаждался моментом.
– Хайясс, верно? – после некоторого молчания спросила она, возвращая его в реальность.
– Да, – Джек встряхнул головой и поднялся. – Этот меч больше никому и никогда не причинит зла, Виктория. Я сломал его. Смотри.
И он показал ей на сломанное лезвие меча Кирташа, одиноко лежавшее на песке.
– Он унес вторую половину с собой, – продолжал Джек, – но я не думаю, что он сможет восстановить его, так ведь?
Ошеломленная, Виктория пристально смотрела на него.
– Джек, – сказала она тихим голосом. – Ты сломал меч Кирташа? Тебе удалось победить шека?
Джек почувствовал себя неловко и переступил с ноги на ногу.
– На самом деле, это заслуга Домивата, – гордо и с любовью выговорил он название своего меча. – Я…
