Ой, можешь не переживать. Под вкусняшки у меня есть отдельный желудок. Кстати, а чем это пахнет?.. Такой приятный душистый аромат!
— Фыр-фыр?
— Ты, наверное, унюхал саррацению. Их специально посадили вокруг деревни. Хорошее средство против опасных насекомых. Вон видишь жёлтые чашелистики с пурпурными жилками?
Найдя глазами растение, на которое указывал Крестыч, я увидел цветок необычной формы и пчелу, прилипшую к краю его кувшиновидного листа. Насекомое старательно махало крыльями, но вместо того, чтоб освободиться, оно ещё больше вымазывалось в тягучей слизи.
— Саррацения выделяет сладкий сок, привлекающий насекомых. Они забираются внутрь кувшина, из которого им уже не суждено выбраться… Посмотри туда. Видишь красные цветы? Их тоже посадили деревенские жители.
Старик указал на куст с длинными стебельками и красными бутонами, напоминающими наконечники стрел.
— Цветы калипса. Хоть они и пахнут как сладкая морковь с душистым перцем, но этот запах отпугивает крупных хищников. Учитель говорила, что оно имитирует аромат очень опасного существа. Учуяв запах, животные тут же отступают, так как инстинктивно бояться зайти на территорию могучего хищника.
Интересно, и что это за опасное существо такое, которое пахнет сладкой морковью и перцем?
— Ну а ещё, мало кто знает, что сок калипса — мощное седативное средство. Если хорошенько сжать бутон, то можно получить масляный концентрат. Одной его капли достаточно, чтобы вырубить человека до самого утра.
Да уж! Крестыч безусловно хороший рассказчик, однако мне всё равно грустно. Шматок сыра, что я всё это время жевал, закончился. И теперь мне остаётся лишь развалиться поудобнее на плече и облизывать коготки. Ну… или просто попросить добавки!
— Фыр-фыр. Фыр!
— Хах-ха. Да, сейчас.
Старик засунул руку в поясную сумку и вытащил из неё аппетитный кусочек сыра. Широко растопырив лапки, я ухватился за протянутый мне деликатес, чтобы тут же вцепиться в него зубами.
— Твоя прожорливость напоминает мне учителя. В рот мне зелье! Как же она любила выпить. Она могла без остановки закидываться, но всё равно внимательно меня слушать. Даже несмотря на то, что из моего рта часто летели сплошные глупости.
Кто она? Эта таинственная учительница, по которой даже богиня тоскует.
— Фыр-фыр-фыр?
Вместо ответа Крестыч поднял голову и посмотрел на небо. Непонятно, на что именно он так пристально смотрит: на пушистые облака или же на мерзкую плоть космического существа, что обволакивает планету. А может, он просто решил скрыть от меня блестящие от влаги глаза.
— Хоть я и верю, что учитель ещё жива… Но мне мучительно представлять, как она блуждает по темноте бездны и не может найти дорогу домой. А я вместо того, чтоб собрать отряд авантюристов и спуститься на её поиски, остался на поверхности… ухаживать за кучкой грязи, в которую ради шутки закопали чей-то зуб. Ты прости Фарс, я тебя ни в чём не обвиняю. Просто частенько задумываюсь о том, что было бы, поступи я иначе.
По морщинистым щекам потекли слёзы. Старик не стал их смахивать.
— Я ненавижу себя за нерешительность. Жалею, что растратил всю молодость на пустое ожидание! Хоть она и обещала, но так и не пришла. Наверное, ей помешали вернуться… Сейчас, даже если бы я и решился нырнуть за ней в бездну, у меня просто не хватит сил там выжить. За годы моего ожидания подземелье расширилось и стало опаснее. Немощному старику не прожить там и недели. Тем более не спуститься на самую глубину.
Когда старик замолчал, я понял, что мне надо ему что-то ответить. Однако, как бы я не старался, никак не мог решить, какие именно стоит произнести слова. И пока я прикидывал подходящую фразу, к разговору подключилась Заноза.
Деревянная ладонь кружила перед глазами старика и предельно плавно жестикулировала. Глядя на эти размеренные и нежные движения, я понимал, что дриада пытается успокоить старика.
— А ты уверена, что она согласится мне помочь?
Заноза ответила просто. Сжатый кулак с оттопыренными мизинцем и большим пальцем. И выглядел этот жест довольно непринуждённо, будто говоря: «Расслабься да не парься, бро».
— Ну хорошо. Договорились. После того, как разберусь с поручениями Хельты, отправлюсь в Аргус и встречусь с твоей сестрицей.
Крестыч подошёл к накренившемся молодому деревцу и отодвинул в сторону пышную ветку, освобождая проход. И пока он протискивался сквозь колючие заросли, я с изумлением смотрел на хаотично разбросанные деревенские домики.
Старик двигался в сторону поселения, и путь пролегал через возвышенности. И с этого ракурса не только сама деревня была видна как на ладони, но и отдалённая от неё водяная мельница, построенная на берегу реки.
Голубой утренний свет играет на ещё влажных от дождя крышах. И хоть все дома и похожи друг на друга, однако каждый из них сияет по-особенному. Кажется, что вся деревня искрится уютом и заботой. Вот только смущает пустота на улице. Не хватает жизнерадостных детей, бегающих по широким улочкам, и ворчливых стариков, сторожащих лавочки…
— Фыр-фыр?
