Роман состоит из двух частей, переплетенных между собой, — современного детектива и мистической фантастики, разбавившей его своеобразной, не избитой идеей, которая содержит в себе ряд философских вопросов и ответов, испокон веков волнующих человечество.Страшное горе обрушилось на Серафиму Голубеву. Убит ее папа — учредитель и главный акционер процветающей фирмы "Химпласт". Кто расправился с ним? Ведь врагов у отца не было по определению: все ведущие Специалисты и замы — из числа давних, проверенных знакомых, и даже молоденькая секретарша — закадычная подруга любимой дочери. Следствие зашло в тупик. И тогда Серафима видит странный сон: перед ней как наяву возникает человек, совершивший Убийство. Девушка отказывается верить увиденному — тот, кто приснился ей, настолько близок и дорог, что просто по определению не может совершить ничего подобного! Вдруг все-таки не мистическое Откровение, а обычное расследование приведет к иному результату — и истинным преступником окажется кто-то другой?..
В человеческой сущности вечность
Незабвенный затеплит свой свет,
Но ничтожность ее не заметит
В том сиянии ангельский след!
Марина сладко потянулась и перевернулась на другой бок, дав повод семилетнему ирландскому сеттеру Клаусу подскочить к постели, подумав о том, что она проснулась. Пес лизнул ее в щеку и принялся жалобно, с перерывами на реакцию Марины, поскуливать.
— Да, что же это такое! — воскликнула девушка. — Я так и знала!
— Иди к папе, раз его угораздило вчера сунуть тебе, ненасытному, эту вонючую рыбу! А с меня и вечерних прогулок достаточно!
Марина с трудом открыла глаза и взглянула на своего питомца. Пес, скроив виноватую морду, робко положил ее на край постели и тяжело вздохнул.
— Ну и хитрец! — ответно вздохнула Марина.
— Как ты меня достал, Клашка! Что, папу слабо разбудить? — Ну, тогда маму попробуй! Иди, иди, хотя бы попробуй!
Однако Клаус, уловивший в голосе хозяйки выгодную для себя интонацию, конечно же, никуда не пошел, и снова заскулил. Только теперь уже не жалобно, а требовательно.
— Угу! Дойти до соседней комнаты ты, конечно, уже не в состоянии! Дотерпелся, глупый! — заворчала Марина и, позевывая, нехотя поднялась с постели.
Клаус, тем временем, побежал в прихожую, взял в зубы свой поводок и вернулся с ним в комнату.
— Да иду я, иду! Потерпи, Клашуня еще пару минут! Я только шубу надену, да сапоги на босу ногу.
Одевшись, Марина нацепила Клаусу ошейник, защелкнула карабин, открыла входную дверь и вышла из квартиры. Лифт прибыл тотчас же, и они покатили на первый этаж. Выйдя наружу, Марина отстегнула карабин, подумав, что в такую рань им не встретится ни одного прохожего, и пес сможет бежать свободно, не тягая ее, сонную, за собой. Клаус, угадав мысли хозяйки и почуяв дарованную свободу, ринулся вперед как угорелый и помчался к выходу, однако через мгновение до Марины долетели звуки его истошного нервного лая, и она, ускорив шаги, поспешила вслед за питомцем.
Картина, которую она увидела, повергла ее в шок. В луже растекшейся крови, вполне различимой даже в сумраке подъездного помещения, лежали два человека. Причем первый, — молодой с запрокинутой головой и посиневшим лицом, лежал на спине, а второй, в котором Марина тотчас же узнала своего соседа Кропотенко Дмитрия Игнатовича, на боку. Шокированная, застывшая на месте Марина, через мгновение опомнилась и с криками снова ринулась к лифту. Она истерически несколько раз подряд принялась нажимать на кнопку, и лифт, стоящий наготове в том положении, в котором она его и покинула, мгновенно распахнулся, снова впустив совершенно забывшую про Клауса Марину внутрь.
Родителей Марины разбудила нескончаемая трель входного звонка, и они одновременно выскочили из спальни в прихожую.
— Кто? — услышала Марина из-за двери испуганный голос мамы.
— Мамочка, открой скорей, скорей! — закричала она, и принялась стучать по двери ладошкой.
— Господи, Маринка! Откуда? — ничего не понимая, воскликнула Ольга Игоревна, растерянно взглянув на мужа.
— Андрюша, она же дома была, я…..
— Открывай, потом разберемся! — скомандовал ей супруг.
Марина влетела в прихожую. Ее лицо было бледным, а глаза расширенными от испуга.
— Там, там! — закричала она, указывая рукой в сумрачную пустоту подъезда, — там Дмитрий Игнатович и кто-то еще…
Андрей Анатольевич, догадавшийся по испуганному состоянию дочери, что с их престарелым соседом произошла какая-то беда, тотчас же скрылся за дверью.
Через несколько минут он вернулся вместе с собакой, вызвал милицию и скорую, после чего сообщил своим испуганным дамам, что второго человека, лежащего на полу рядом с их соседом, он раньше никогда не встречал.
Скорая и милиция прибыли на место преступления почти одновременно, и первая, зафиксировав смерть обоих мужчин, оперативно отбыла восвояси, оставив вторую под руководством подполковника МУРа Верескова Андрея Олеговича работать над трупами.
Личность одного из убитых стала известна оперативникам от его соседей Соболенко, и в первую очередь они принялись выяснять, кем являлся второй потерпевший. После того, как медэксперт выполнил свою часть работы, второго убитого обыскали и нашли в правом внутреннем кармане его черного кашемирового пальто водительское удостоверение на имя Георгиева Егора Сергеевича. А на стоянке, находящейся за домом, обнаружили принадлежащую ему машину марки "Ауди 100". Прописан Георгиев был в Москве, но совершенно по другому адресу, из чего предположительно следовало, что он либо шел к кому-то в гости, либо возвращался оттуда. Выяснить это оказалось несложно. Утро было ранее, и многие жильцы пока еще находились дома. Опросив жителей первых семи квартир, младший лейтенант Валерий Захарченко, направился в восьмую, и вскоре оттуда выбежала рыдающая Светлана Сбруева. Девушка, не дожидаясь лифта, буквально скатилась вниз по лестнице с четвертого этажа.
