Кир обернулся и обомлел. На таком расстоянии, все здания Станции сложились в единый рисунок — в оленя. Забор очертил контуры тела; валявшийся на поле «парус» был жутким красным глазом с чёрным зрачком; на противоположной стороне дёргался такой же чёрненький хвостик — «пламя» над реактором; передними ногами были трубы водозабора, задними — водосброса; Преобразователь и покорёженные радиаторы оказались чёрно-белой грудкой, а остальные здания — пятнышками на теле. Уходящие в скалы дорожки были развесистыми рогами — сейчас они находились на кончике одного из них. Четыре дорожки казались перекрестьем прицела, а красные колонны — бьющими из раны струями крови.
Он обернулся к Эйприл.
— Ты знала?
— Нет.
«Снова врёт!»
— Эйприл, мне очень сложно поверить, что Станции строят похожими на оленей… Инженеры — шутники, но не настолько! Значит, я просто сошёл с ума.
— Безумцы не настолько самокритичны…
Эйприл смотрела на Станцию.
«Ну да! Олень!»
И по всему его телу, от «раны» в перекрестье дорожек, распространялись зелёные пятна. Будто от «раны» пошло заражение.
«Неужто всё это сделала я? Не может быть!»
Она почесала затылок.
«Но… Ведь это именно я „готовлю“ еду, а Кир не умеет. Это я создала ховерборд, а у Кирилла — не вышло… И всё же… Такие масштабы! Из-за меня? Может, это всё-таки — трансформация Станции, как я и наврала Кириллу?»
Чтобы справиться с нахлынувшим страхом, она, напустив важности, заявила:
— Кир! Надеюсь, ты понял, как важно смотреть на ситуацию со стороны!
— Глянь, у Станции-оленя — пара рогов, а у амулета — нет! Как же я сразу не понял! Ведь именно этой недостающей веткой рогов отличался кулон Мэйби — во сне! Так вот, почему Олень не сработал!
— А как, по-твоему, он должен «сработать»?
— Да хоть как-нибудь! — пробормотал Кир. Он уже позабыл про необычный вид Станции, и про то, что, похоже, рехнулся.
— Теперь, самое важное — найти недостающую часть! Только вот, где?
Мальчишка начал придирчиво осматривать всё вокруг, отчего-то решив, что кристалл поблизости.
— А ты догадалась, что это такое? — Кир ползал на четвереньках по цилиндрической глыбе, на которой была установлена вышка. — Это — остов маяка. Помнишь, во сне? На него лазали Мэйби и Кир! — он хлопнул по бетону рукой.
— Во сне он был в городе!
— Что с того? Ведь мы не во сне!
Эйприл усмехнулась, сообразив, как сильно эта фраза похожа на одну из её собственных. Кир замечательный ученик: с такой убеждённостью нести чепуху!
— Эйприл, тут символы!
Она подошла. В бетоне виднелись еле заметные канавки.
«1.009809»
— Это же код от медблока!
— Кир, смотри дальше символов!
— Дальше? В каком это смысле? — он поднял голову, задумчиво уставившись в океан… — О! Вот же он!
Мальчишка вскочил и подбежал к ограждению. Вытащил из образовавшейся от соли и ветра каверны зелёный кристалл. Нахмурившись, повернулся к подружке.
— Его тут только что не было! Это ты втихаря положила? Признавайся!
— Угомонись! Ничего я не делала.
— Думаю, ты и все остальные подкидывала!
— Думай, что хочешь! Но, он там был!
— Ну… Может, и был…
Кир забрался повыше на бетонную глыбу, достал амулет и торжественно присоединил последний недостающий кусок.
Блеснуло, и в руках оказался полностью собранный Изумрудный Олень. Теперь, внутри плескался свет, как в кулоне из сна.
Кир терпеливо ждал, но ничего не происходило.
— Наверное потому, что поломан Маяк. Эх… Всё из-за тебя!
— Если б не я, ты бы его вообще не собрал. Я тебя сюда привела, и я подарила Оленя.
— Ну да… — неохотно признал Кирилл.
Эйприл обиженно уставилась в океан, на полузатопленные развалины астропорта. И закричала, подпрыгнув на месте:
— Кир! Там что-то есть!
Кир посмотрел.
— Ну да. Астропорт. К несчастью, не особенно новый. Не улететь.
— Я не про то! Там, рядом с ним, под водой!
Наконец, Кир заметил то, что привело Эйприл в столь бурный восторг.
Пятно.
— Под водой что-то есть.
— Корабль! Из тех, что с двигателями искривления. Разве не ясно по форме?
— Даже если и так… На нем ведь не улетишь…
— Нам улетать и не нужно! Я теперь поняла, зачем мы сюда припёрлись!
«Припёрлись? А на крыше рассказывала про неизведанное, и про любовь…»
— Зачем?
— Кир, нам нужно туда!
— Вот ещё! Сначала сюда, а потом — туда!
— Это важно!
— Ну, и как мы туда попадём? Видишь? — Кир указал на торчащие из воды покосившиеся и обросшие мидиями эстакады маглева, — Дорога разрушена.
Эйприл упёрла руки в бока.
— Ты ведь мужчина! Ты главный, вот и веди! А я — покорно пойду за тобой. Что делать! — она вздохнула и картинно пожала плечами. — Такая уж девичья доля…
«Ну конечно! Покорно пойду за тобой туда, куда приказала идти!»
Кир повторил её позу. Девчонка расхохоталась.
«Таскаюсь за этой девчонкой целыми днями! Впрочем, нужно признать: от этого есть толк».
Зажигается яркое освещение.
Пустая квартира.
Отец, как всегда, остался в лаборатории.
Так даже лучше. Никого не хочется видеть.
— Убери этот свет!
— Совсем или приглушить? — интересуется чувственное контральто. Я не обманываюсь — знаю, что голоса домашним нейросетям подарила старушка.
— Приглуши.
Не разуваясь, в одежде, падаю на кровать…
