Иван Яковлевич НАУМЕНКО
Сорок третий
Роман
Авторизованный перевод
с белорусского
Михаила Горбачева
ОГЛАВЛЕНИЕ:
Часть первая
Глава первая. ( I II III IV V VI VII VIII )
Глава вторая. ( I II III IV V VI VII VIII IX )
Глава третья. ( I II III )
Глава четвертая. ( I II III IV V VI )
Глава пятая. ( I II III IV V )
Глава шестая. ( I II III IV )
Глава седьмая. ( I II )
Глава восьмая. ( I II III IV V VI )
Часть вторая
Глава первая. ( I II III IV )
Глава вторая. ( I II )
Глава третья. ( I II III IV V VI VII VIII IX )
Глава четвертая. ( I II III IV V VI )
Глава пятая. ( I II III IV V )
Глава шестая. ( I II III IV V )
Глава седьмая. ( I II III IV V VI VII )
Глава восьмая. ( I II III IV )
Глава девятая. ( I II III )
Глава десятая. ( I II III IV V )
Глава одиннадцатая. ( I II III IV V VI )
Глава двенадцатая. ( I II III IV V )
================================================================
Иван Науменко - известный белорусский писатель, автор
нескольких романов и повестей, сборников рассказов.
Наибольшей популярностью у читателей пользуется его
трилогия - романы "Сосна при дороге", "Ветер в соснах", "Сорок
третий", вышедшие в свет на русском языке в издательстве
"Советский писатель".
В этих романах писатель рассказывает о мужестве и
стойкости, самоотверженности белорусских партизан и подпольщиков
в годы Великой Отечественной войны.
В романе "Сорок третий" повествуется о последнем годе
оккупации гитлеровцами некоторых районов белорусского Полесья.
================================================================
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
I
Над жандармерией - она по-прежнему занимает двухэтажное здание школы, - над помещениями, в которых расквартированы немцы, три дня трепещут на зимнем ветру флаги, окаймленные черным крепом. Немцы справляют траур по Сталинграду. Многие в Батьковичах знают, что в Сталинграде сложила оружие окруженная советскими войсками шестая армия Паулюса. Да и нельзя не знать - газетка, которая издается на русском языке, поместила по этому поводу речь самого Гитлера. Из речи вовсе не вытекает, что там, на далекой Волге, немцы потерпели поражение. Поведение шестой армии, которая, по словам Гитлера, погибла вся - от фельдмаршала Паулюса до последнего солдата, - фюрер показывает как самую величайшую победу и объясняет немецкому народу и всему миру, что без этой жертвы дела Германии были бы плохи. Окруженные войска Паулюса будто бы сковали десятки красных дивизий, и если бы этого не случилось, то неизвестно, каких рубежей могли б достигнуть большевистские орды.
Первый раз за войну Митя читает немецкое сообщение с удовольствием.
На протяжении двух первых месяцев зимы сыплет снежок, кружит белой мутью вьюга, но таких сильных морозов, как в прошлом году, нет. Митя прожил это время в радостном напряжении. Каждый новый день приносит неожиданные вести. Чаще всего приятные. Немцев изгнали с Кавказа, а главное - одержана гигантская победа на Волге.
Нынешняя зима от прошлогодней отличается еще и тем, что существует несколько нитей, по которым до Мити доходят точные известия о событиях на фронте. Время от времени он заглядывает в низенькую хатку Василя Шарамета. Его новый друг, если не на службе, обязательно что-нибудь мастерит: точит ножи, из серебряных монет выделывает перстни, а из дюралюминия - гребешки и расчески.
Дождавшись, когда прифранченные сестры уйдут на вечеринку, Василь лезет в подпол и вытаскивает оттуда завернутый в старую фуфайку черный ящик радиоприемника. Погасив свет, установив приемник на узеньком, заставленном разными бутылочками и коробочками столике, Митя с Василем настраивают его на Москву и, напрягшись, слушают.
Приятные эти минуты. За окном сыплет снежок, шуршит темными ветвями старая яблоня, в подпечье, разогревшись от тепла и как бы не замечая зимы, заводит песню сверчок.
Поставили две новые сухие батареи, но голос диктора все равно далекий, еле слышный. Москва живет сталинградскими событиями: передают статьи из газет, рассказы участников боев, зарубежные отклики и оценки. В сводках мелькают названия новых освобожденных городов и поселков. Бои идут преимущественно на юге - в большой излучине Дона. Правда, и на Северном фронте успех ощутимый: прорвана мертвая петля блокады под Ленинградом.
Выходя от Василя, Митя полнится особым чувством. Перед глазами заснеженная железная дорога, огромный темный тополь, в ветвях которого шумит ветер. Дальше, невдалеке от станции, чернеют разные склады и базы. В окнах местечковых хат редкие, блеклые огоньки. Местечко, кажется, живет, охваченное течением обычной будничности. Вряд ли кто из жителей этой вот улицы, которые спят или укладываются спать, знает, что где-то там, на Дону взято селение Верхний Мамон, ничем особенным, как и Батьковичи, не знаменитое. Там, в Верхнем Мамоне, наверное, не спят, там победа уже наступила. Но еще далеко от Верхнего Мамона до этого вот тополя...
