Все это сложно перенести на бумагу. Мариса может передать физические характеристики – взять для примера фотографию Серены, второй близняшки. Но с Петрой так не выходит, ускользает какая-то важная деталь, поэтому изображение остается плоским и безжизненным.
Мариса попробовала подобрать другой телесный цвет, добавив к розовому немного оранжевого, а потом попыталась пририсовать ей юбки, а не платья, затем шорты, но ничего не вышло. Она работает с шести утра, поднялась с постели еще до того, как проснулся Джейк, а Кейт ушла на работу. Из-за недосыпа мышление фрагментарное. Ночью она подскочила в кровати, ей привиделось, будто Кейт склонилась над ней и внимательно рассматривает лицо.
Этим утром Мариса не хотела встречаться с соседкой, только не после той неловкой сцены на занятиях йогой. Джейку она расскажет попозже. А сейчас нужно сконцентрироваться на выполнении работы. У «Рассказываем сказки» нет заказов на ближайшие несколько месяцев. Летнее затишье перед рождественской лихорадкой, и хотя Мариса знала об этом и всегда старалась отложить деньги про запас, в этом году пришлось потратить все свои сбережения на транспортные расходы, поэтому отсутствие постоянного дохода ее беспокоило. Изначально зарплаты Джейка хватало на них двоих, но сейчас финансовая ситуация ненадежная и все необходимо тщательно просчитывать. В последнее время он напряжен и рассеян, и даже не такой ласковый. Мариса старалась успокоиться. Постоянно напоминала себе о том, как сильно Джейк ее любит, что их любовь настолько сильна, что не нуждается в ежедневных доказательствах.
Всякий раз, замечая понижение градуса их отношений, она впадала в панику и искала то, что поможет ей прийти в себя. Мариса загибала пальцы. Он хочет от нее ребенка. Джейк предложил скачать приложение для отслеживания цикла. Он рад встрече с ней. Они вместе живут. Это факты. И под ними скрывается неопровержимая истина, хранимая Марисой глубоко в душе: Джейк не ее мать, он никогда ее не бросит. Эта истина приходит на помощь только в самых крайних случаях.
В семнадцать лет Мариса сбежала из школы-интерната. Напечатала письмо и подделала подпись отца, сообщив администрации школы о том, что ему якобы поставлен диагноз «рак простаты», поэтому на выходные дочь должна вернуться домой.
– Мы пытаемся сохранять позитивный настрой, – рассказала Мариса завучу, миссис Карнеги. – Я читала об этом. Думаю, для мужчин в таком возрасте это вполне нормально. Но шансы на выздоровление есть.
Мариса осталась довольна собой. Она решила избрать тактику «мне трудно, но я держусь» и не проиграла. Слезы были бы лишними, хотя Мариса уже научилась плакать по своей прихоти. Она хотела разыграть перед миссис Карнеги сценку, будто потрясена неожиданной новостью, но все же справляется, и не поддается пораженческим настроениям. Это должно понравиться оптимистичной миссис Карнеги.
– Ты правильно делаешь, Мариса, – завуч прервала ее как раз вовремя. – Важно сохранять позитивный настрой.
Женщина сняла очки, и они повисли на красочной пластиковой цепочке.
– Тебя кто-нибудь заберет? – участливо осведомилась миссис Карнеги.
– Меня всегда забирал папа, – продолжила врать Мариса. – Но нас только двое, да вы и сами прекрасно знаете, но… – тут она позволила голосу дрогнуть. – Сейчас он не в лучшей форме, поэтому мне придется поехать на поезде.
Миссис Карнеги кивнула и сказала:
– Очень хорошо, хорошо, – с этими словами она подписала официальное разрешение.
Отец, конечно, был в полном порядке. Он так никогда и не узнал, что его сразила неизлечимая болезнь, и когда девочка появилась к концу семестра, на первый взгляд здоровая, но какая-то растерянная, Мариса снова соврала, что их молитвы были услышаны, а папа чудесным образом исцелился.
– Но он не любит говорить на эту тему, – предупредила она. Миссис Карнеги улыбнулась и положила руку на ее плечо.
– Разумеется, милая. Я не стану об этом говорить.
Письменное разрешение миссис Карнеги, спрятанное в карман блейзера, дало Марисе волшебный доступ к внешнему миру. Школа построена в неоготическом стиле с горгульями и башнями, и поговаривали, будто там водятся привидения, а еще школа удачно располагается рядом с железнодорожной станцией города, поэтому до поезда на Лондон идти совсем недалеко. Мариса сняла блейзер и надела джинсовую куртку. Закатала пояс темно-синей школьной юбки, чтобы та стала на несколько сантиметров выше колен. Расстегнула белую блузку и завязала узлом на пупке, потом распустила волосы и раскидала по плечам. Макияж делала уже в туалете поезда, и глаза пришлось подводить несколько раз, потому что от тряски вагона рука дрогнула и соскользнула по щеке, оставив на ней бесформенное пятно краски.
