Я опустилась перед провидицей на корточки. Затравленный взгляд из-под спутанных смоляных кудрей, смугловатая кожа, на скуле лиловеет синяк.
Имя выдавало в Катель бретонские корни. Хотя Бретань никогда не была оплотом сопротивления, Сайен, по аналогии с Ирландией, подверг остракизму все кельтские регионы. Едва ли женщина по имени Катель могла рассчитывать на официальное трудоустройство.
– Не бойся, Катель. Я тебя не обижу. И мой друг тоже. Наверное, ты перепутала его с кем-то другим.
Несмотря на изможденное, высушенное голодом лицо, провидица оказалась молодой девушкой примерно моих лет. Сейчас она уставилась на Арктура; словно почуяв ее страх, рефаит замер.
– И правда… – пробормотала Катель. – Этот вроде выше ростом.
– Ты приняла его за Человека в железной маске. L’Homme au Masque de Fer, – напомнила я. – Кто это?
Вместо ответа провидица еще глубже забилась под навес.
– Предлагаю сделку, – шепнула я. – Нам нужна кое-какая информация, и мы готовы хорошо заплатить.
Утихомирив хнычущего младенца, Катель затравленно обернулась, демонстрируя обтянутые кожей ключицы.
– Не здесь, – одними губами произнесла она. – Встретимся на Рю дю Понсо. Знаете, где это?
– Да, – ответила я, перехватив едва уловимый кивок Стража.
Выпрямившись, я громко фыркнула, притворяясь разочарованной. Арктур решительно повел меня прочь.
– Любопытный расклад.
– Любопытнее некуда, – хмыкнул рефаит. – Ты уверена, что он в нашу пользу?
– Даже не сомневайся.
До Рю дю Понсо, зловонной и мрачной подворотни, было рукой подать. Вскоре появилась Катель со спящим младенцем в слинге.
– Привет, Катель, – окликнула я.
– О чем вы хотели спросить? – буркнула нищенка, опасливо покосившись на Арктура.
– Буквально пару вопросов, – заверила я. – Но сначала расскажи про… Человека в железной маске. Ты нас заинтриговала.
Опять повалил снег. Катель прикрыла младенца куском ветхого рубища.
– Он забрал Поля Карона, моего суженого. Я видела его маску, железную, с прорезями для глаз. И не только я. Его имя многие передают из уст в уста.
– И давно это началось? – осведомилась я.
– Наверное недели три назад.
– И он похитил Поля?
– Не один, вместе с приспешниками. Я бросилась за ними, но получила удар по голове, а когда очнулась, их и след простыл. Только мне никто не верит. – Катель подалась вперед и стиснула мою ладонь. – Madelle[7], вы работаете на Le Chevalier des Deniers, Рыцаря Динариев? Он прислал вас, чтобы вы помогли разыскать Поля?
– К сожалению, нет. – Я мягко высвободилась. – Этот Рыцарь… он твой начальник?
Катель даже не пыталась скрыть разочарования.
– Да, – равнодушно бросила она. – Ему подчиняется весь квартал. Рыцарь Динариев – хозяин Двора чудес. Мы отдаем ему весь заработок, а взамен он холит нас и лелеет. По крайней мере, на словах.
По описанию, таинственный рыцарь смахивал на главаря мимов. Определенно, Катель – первое звено в нашей цепи.
– Думаю, он подчиняется кому-то еще, – многозначительно протянула я.
– Великим герцогам. – Катель попятилась. – Похоже, вы не из этих мест. Не из нашей цитадели – уж точно.
– Мне бы хотелось засвидетельствовать свое почтение великим герцогам. Где они заседают?
Оборванка нахмурилась:
– Никто не смеет являться к великим герцогам без приглашения. Но раз уж вам так приспичило, я свяжусь с Рыцарем Динариев, и он, вероятно, замолвит за меня словечко.
– Мне не откажут.
– Madelle, без приглашения вас даже на порог не пустят. Только зря время потеряете.
– Имя или адрес. Мне хватит, – заверила я.
Во взгляде провидицы вспыхнула надежда, вызванная наигранным нетерпением в моем голосе. От нетерпения прямая дорога к отчаянию, а отчаявшийся человек не постоит за ценой. Катель явно умела различать такие нюансы.
– Наши владыки заседают в les carrières, – шепнула она. – Если не поскупишься, назову имя. Сведу тебя с приятельницей, которая знает дорогу. – Катель вытянула костлявую ладошку. – Две сотни.
Движимая сочувствием, я чуть было не дала ей облапошить себя, но вовремя опомнилась.
– Ну и аппетиты! – возмутилась я. Оборванка при этом поджала потрескавшиеся губы. – Но я сегодня добрая. Пятьдесят.
– За пятьдесят рисковать собственной шкурой? Если пронюхают, что я разболтала чужим про les carrières, мой ребенок останется сиротой. – Ладошка Катель дрогнула. – Девяносто.
– Семьдесят – и ни фунтом больше. Или поищу кого-нибудь посговорчивее.
Наконец у моей собеседницы сдали нервы. Она затравленно кивнула, и Арктур моментально отсчитал банкноты. Катель выхватила у него купюры и спрятала в карман юбки, потом поманила меня к себе и зашептала в самое ухо:
– Монпарнас. Разыщи Мелюзину.
– Монпарнас? А конкретный адрес?
– Она может скитаться где угодно.
– В Париже есть таксисты-шабашники, оказывающие услуги ясновидцам? – сменила я тему.
– Anormales, паранормалы, – поправила Катель, отступая. – Мы избрали для себя такое прозвище. У шабашников синие полосы над колесами. Машину смотрите в районе любого мемориала. Ближайший находится у Северных ворот. – Она снова попятилась. – И умоляю, не спрашивайте меня больше ни о чем!
