Перед нами, на нашем параде, эти птицы не пролетят, а пробегут, потому что любят бегать, именно бегать, а не ходить. Летать они тоже могут и делают это совсем неплохо. Каракары — их несколько видов — живут на открытых местностях — в саваннах, прериях, пампах, живут и в горах. У всех этих птиц крики напоминают удары кусков дерева друг о друга. Индейцы племени гуарани, подражая голосу этих птиц, звали их «кара-кар». Отсюда и взято их название.
На всяком параде — и на нашем тоже — должен быть четкий порядок, должна соблюдаться строгая последовательность и очередность. Но мы позволим себе ее нарушить — после дневных хищных птиц пройдет отряд сов (или, как они раньше назывались, ночных хищных птиц). На первый взгляд это как будто бы и логично: и те хищные птицы, и эти. Их бы вообще объединить. Но именно потому, что объединить их никак нельзя, именно потому, что они совершенно различные птицы, мы и пропустим сов «вне очереди», вслед за дневными хищными птицами, чтобы разница между ними была и нагляднее, и понятнее.
Хищные птицы питаются в основном теплокровными животными. Совы тоже питаются главным образом теплокровными. Явное сходство! У хищных — кривые сильные клювы и острые когти. У большинства сов — тоже. Есть и другие сходные признаки. Все это могло бы служить поводом для объединения их. Но помимо общего — слишком много и несхожего, даже иногда диаметрально противоположного у этих двух групп птиц. К тому же — происхождение. У птиц одного отряда, как мы знаем, кроме каких-то сходных моментов в анатомическом строении, в образе жизни — должны быть, пусть хоть очень отдаленные, но все-таки общие предки. У сов и хищных птиц таковых нет и не было даже в очень и очень древние времена. Поэтому их нельзя объединить в один отряд. Даже идти друг за другом они не должны, если придерживаться строгих правил. Мы в этом убедимся, когда, пусть коротко, но познакомимся с совами и их ближайшими родственниками — сипухами, входящими в тот же отряд, объединяющий 134 вида, по мнению одних ученых, и 144, как считают другие.
До недавнего времени сов называли ночными хищными птицами. Уже в самом этом определении заложена ошибка, свидетельствующая, как плохо люди знают сов.
А ведь совы издавна занимали определенное место в сознании людей. Еще семнадцать тысячелетий назад сова, видимо, так поразила воображение художника, что он изобразил ее на стене пещеры. Недавно это изображение было найдено на стене пещеры на юге Франции. Вспомним изображение сов у древних египтян и у древних китайцев — там сова была символом богатства. Вспомним «птицу мудрости» у древних греков, вспомним многочисленные легенды и поверья, связанные с этими птицами. Вспомним, наконец, художников, и не только первобытных, — художников Возрождения, например Микеланджело (его статую «Ночь»), Скажем и о художниках современности — сову любил писать Пабло Пикассо (его знаменитая литография «Великая Сова»). Любит образ совы и крупный американский художник нашего времени Леонард Баскин.
Ученые давно знают этих птиц — еще Аристотель описал два вида сов, а К. Линней уже перечислил пятьдесят видов. И тем не менее сову человек знал (да и сейчас знает) очень мало. До сих пор она окружена ореолом таинственности. До сих пор о ней рассказывают легенды. И даже «научные» легенды существовали до последнего времени. Одна из самых распространенных: сова видит только в темноте, днем она слепа. Так ведь и зоологи думали долгое время.
Совы, действительно, охотятся ночью. Но не все — некоторые днем. А как же может быть иначе? Ведь совы распространены по всему миру (нет их только в Антарктиде) и некоторые живут на Севере, где полгода продолжается день и столько же длится ночь.
Но и те совы, которым не приходится делить год на две половины — темную и светлую, — прекрасно видят днем, много лучше человека. Ночью же зрение совы так обострено, что она становится зорче других птиц во много-много раз!
Вообще глаза совы — уникальный инструмент. Совы — единственные птицы, у которых оба глаза расположены рядом, а не по бокам головы. Если учесть, что «лицо» у совы плоское и на нем рядом со сравнительно небольшим клювом два огромных круглых глаза — понятно странное впечатление, которое она производит. Но дело не только во впечатлении: глаза птицы, помимо их расположения и величины (а они гораздо больше, чем мы думаем: невидимая, оборотная часть глаза совы много шире), еще и неподвижны, заклинены: сова не может скосить глаза. Плохо, кажется, иметь такие неподвижные глаза. Но это только кажется. Угол обзора каждого глаза совы равен 160 градусам. Зачем птице скашивать глаза, если и так все видно? А ведь она еще и голову может повернуть как угодно: даже так, что без особых усилий увидит свою спину. Более того — некоторые совы способны поворачивать голову на 270 градусов. В общем, со зрением у совы все в порядке. Если не считать, что она дальнозоркая, вблизи видит плохо, а совсем близко не видит ничего.
