Соседка полностью

– Ничего, – говорю я, гадая, не осталось ли у меня вокруг губ крошек от пирожка со свининой.

– А мне так не кажется. – Мисс Пикеринг показывает на буфет, на полке которого лежит открытая коробка с обедом Лиама. – По-моему, ты как раз собиралась полакомиться чем-то из этой коробки.

– А, это, – говорю я. – Лиаму захотелось есть, и он попросил меня принести ему что-нибудь перекусить.

– Да ну? – говорит мисс Пикеринг. Голос ее звучит жестко и зло.

– Да, – отвечаю я, глядя ей прямо в глаза. – Из-за гипса на руке ему трудно ею двигать, а поскольку в том, что она у него в гипсе, есть моя вина, я подумала, что было бы справедливо немного ему помочь.

Рука мисс Пикеринг взлетает к ее подбородку.

– Выходит вы с Лиамом теперь снова друзья, да?

– Точно.

Мисс Пикеринг вздыхает и качает головой:

– Пожалуйста, не лги мне.

– Я и не лгу.

Она делает пару шагов в мою сторону.

– Я знаю, что ты лжешь, потому что провела последние пять минут, наблюдая за тобой через вон то стекло. – Она показывает на маленькое оконце в верхней части двери класса, и у меня сердце уходит в пятки. – Ты воровала еду из коробок твоих одноклассников. Тебе же известно, что красть – это нехорошо, не так ли?

Я тут же вспоминаю сериал про полицейских, который мы с папой недавно смотрели по телевизору, после того как мама отправилась спать. Был поздний вечер, мне давно полагалось лечь спать, но папу такие вещи не беспокоят.

– Без комментариев, – говорю я. Если я ничего не буду говорить, то им придется доказывать мою вину, и в результате это будет слово мисс Пикеринг против моего.

– Ты и впрямь больше ничего не хочешь сказать в свое оправдание?

– Без комментариев.

Рот мисс Пикеринг кривится, как будто она жует какую-то кислятину.

– Сначала рука Лиама, а теперь еще и это. Не понимаю, что с тобой творится последнее время. Раньше ты была такой милой девочкой.

Нет, мисс, я вовсе не милая. Я просто очень хорошо умею притворяться.

– Без комментариев.

– Если ты не хочешь говорить со мной, возможно, тебе захочется поговорить с мистером Финчем.

Идя за ней по коридору в кабинет директора школы, я чувствую, как внутри меня что-то растет, что-то, находящееся в моем желудке, твердое и гладкое, размером с теннисный мяч. Оно высасывает воздух из моих легких и кровь из моих жил.

Я сидела на обитой синей кожей банкетке, держа в руке бокал с шампанским и наблюдая за тем, как Сэмми делает свою работу, проходя по залу и очаровывая то одного, то другого из гостей. И надо было признать – делала она это умело. Очень умело. В ее глазах сиял свет, которого прежде я в них еще не видела, когда она подошла к высокому, загорелому, одетому во все черное немолодому мужчине, возраст которого я не смогла бы определить.

Она легко коснулась его спины, и он, обернувшись, явно очень ей обрадовался и сразу же крепко ее обнял. На протяжении всего их оживленного разговора Сэмми то и дело жестикулировала и встряхивала волосами, а мужчина смотрел на нее со смесью изумления и восхищения, словно она была какой-то редкой бабочкой, которую он вдруг увидел на столбе обычного забора.

В этот момент мимо меня прошла официантка с подносом, на котором лежали канапе. Я взяла салфетку, которую она мне предложила, и положила на нее тарталетку из слоеного теста. К моему удивлению, этот вечер оказался очень приятным, хотя здесь я находилась далеко от своей привычной среды. До сих пор, когда я присутствовала на приемах по случаю запуска на рынок нового товара, все это была только фармацевтическая продукция, и на каждом таком приеме бывало до невозможности скучно. Этот же прием по случаю выпуска на рынок диффузной линии дамских сумочек дизайнера, о котором я никогда не слыхала, оказался совершенно иным. Он проводился в эксклюзивном закрытом клубе, и вокруг было полно безукоризненно одетых людей с безукоризненными аксессуарами, которые вели между собой оживленные беседы, говоря высокими стеклянными голосами, и было очевидно, что Сэмми чувствует себя здесь как рыба в воде.

Я была просто ошарашена, когда она пригласила меня на этот прием двадцать четыре часа назад – я тогда сидела в гостиной нашего дома, расслабляясь, попивая низкокалорийный горячий шоколад и смотря ночное ток-шоу.

– Завтра вечером я еду в Сохо на прием по случаю выпуска на рынок нового модного бренда, – сказала она, садясь на подлокотник одного из кресел. – Бесплатных выпивки и еды там будет хоть пруд пруди.

– Рада за тебя, – ответила я, раздраженная тем, что она мешает мне смотреть ток-шоу.

– Я тут подумала – а не захочешь ли и ты отправиться туда со мной?

Я чуть не подавилась своим горячим шоколадом.

– Ты это серьезно? – спросила я.

– Конечно, серьезно. Думаю, там будет классно, – ровным тоном сказала она. – Я очень хорошо знаю их пиарщиков и могу без труда сделать так, чтобы тебя внесли в список гостей.