То одиннадцатилетняя Ксения уже все прекрасно понимала многие вещи, которые Саша с удовольствием хотела бы от неё скрыть, но увы, уже не могла. И что папа ушел к другой женщине, оставив их с мамой. И что у папы теперь новая жена, которая диктует свои правила, и что не очень-то она нравится этой новой жене, а папа тем не менее, потакает законам и порядкам этой посторонней для неё, Ксюши, женщины. И что папа теперь живет в большой трехкомнатной квартире, а они с мамой так и остались, в коммуналке. И что больше не будет совместных походов в зоопарк, или в театр всей семьей, как это было раньше. И что в школе её теперь будут считать безотцовщиной, как и многих других детей. И что больше никогда не будет их семьи. А будут они с мамой и отдельно папа, со Светой. Всё это Ксюша прекрасно понимала, и не могла, ну никак не могла настроиться на то, чтобы по-доброму относится к новой папиной жене. Она и эмоций то при ней никаких не выражала. Только говорила спасибо, если Света дарила ей какой-либо подарок. А подарков вначале было много. Света изо всех сил старалась понравится дочери своего новоиспеченного мужа, но, Ксюша, не воспринимала подобные расшаркивания. Для неё было бы важнее, если бы папа остался дома, с ними. А не переехал к Свете. Но уже ничего нельзя было изменить, Ксюша это прекрасно понимала, однако, принять не могла.
Саша знала, что её дочь развита не по годам. И знала, что её девочка, в свои одиннадцать лет уже все понимает. Как бы ей хотелось оградить её от всего происходящего. Забрать ту боль, которую она испытывала или хотя бы разделить её напополам, но Ксюша часто замалчивала свои проблемы и переживания, как это часто бывает в одиннадцать лет и Саше, оставалось только догадываться, о чем думает её дочь.
– Может сходим куда-нибудь?
– Куда – Ксюша продолжала писать в тетради.
– А куда бы ты хотела? Может в зоопарк?
– Мам.
– Ну, ладно – ладно. Тогда в парк? Погуляем?
– Я же болею.
– Ты хотя бы покушала?
– Да. А можно мне конфет? – Ксюша оживилась.
– Нельзя, ты же знаешь. Эти конфеты для Саввы.
– Он всё равно от папы вернется только завтра вечером. И привезет с собой много чего вкусного. Ему эти конфеты и даром будут не нужны.
– Ксюш, прекрати. Савва твой брат, вы должны всё делить поровну. Ты свою часть конфет уже съела, а эти мы оставим для него. Он вернется, и увидит, что мы про него не забыли. Ему будет приятно.
– Если мы все должны делить поровну, то почему Савва уехал к папе один, без меня? Он сейчас наверняка гуляет в лесу, или сидит с папой в кресле и тот читает ему книги. Почему без меня?! Это несправедливо!
Саша уловила первые нотки начинающейся истерики. Голос дочери звенел от слез. Чертов Федор, который сам не может объяснить детям, что маленькая Ксюша, которая так сильно похожа на свою маму, встала поперек горла этой противной Светке.
– Ксюш, ну ты же простудилась. А у папы маленький Лешик, ему нельзя болеть. А мы с тобой долечимся и в следующий раз папа обязательно заберет вас двоих. Как раньше. Мы же с тобой всё уже обсудили, чего ты опять начинаешь?
– Я не простудилась, ты же знаешь. У меня даже и насморка нет. Это ведь всё Света, да? Всё из-за того, что я сказала, что она совсем не подходит папе? И что их Лешик, не такой красивый какими были мы в детстве, да, мам? Но ведь он и правда такой противный, и постоянно визжит.
– Вы тоже визжали – улыбнулась Саша. – И ещё как.
– Нет – Ксюша покачала головой. Она была серьезной и задумчивой. – Просто папа больше меня не любит.
– Не говори глупости, дочь. Папа очень, слышишь? Очень тебя любит! Просто теперь наша жизнь изменилась, и нам всем нужно принять это. Да, у папы появилась другая женщина, да, мы больше не будем жить вместе, но от этого он не перестанет быть твоим, слышишь? – Саша взяла руки дочери в свои и крепко сжала. – Твоим любящим папой.
– Тогда почему они не пригласили меня сегодня? Я знаю, что это Света запретила. Она вначале попыталась купить меня, а когда поняла, что у неё ничего не выйдет – обозлилась. Она плохая, мам. Она совсем нашему папе не подходит! Ты лучше! Пусть все будет как раньше, мам. Так можно?
Саша встала из-за стола и отвернулась к серванту. Её душили слезы.
«Как быстро растут дети – подумала Саша. – И как тонко они могут чувствовать всё то происходящее, что от них пытаются скрыть».
– Мам – две тонкие ручки обхватили её за талию. – Я больше, и сама к папе не поеду, слышишь? Никогда. Я с тобой буду, всегда. А они, не нужны мне их эти подарки, и сами они мне больше не нужны. Ты у меня самая лучшая мамочка. А папа пусть будет со своей Светой. Не нужен он нам больше.
– Нам нет – Саша глубоко вздохнула и наспех вытерла слезы, чтобы не заметила Ксюша. – Но он был и остается твоим папой, который тебя любит и считает, своей маленькой, единственной девочкой. Я понимаю, что тебе нужно время, но мы справимся с этим, вместе.
Она обняла Ксюшу и крепко прижала её к себе, почувствовав, как гулко и часто бьется сердце у дочери.
«Чертов Федор» – в который раз подумала Саша.
Глава 3
