Соседская ложь полностью

– Без проблем, – ответил тот, снова усаживаясь в кресло-качалку. – Благослави вас Бог.

Агенты вернулись к машине. Сев за руль, Хлои оглянулась на мистера Шварца, вновь открывшего свою книгу.

– Ощущение, что ты не доверяешь ему, – заметил Молтон.

– О, думаю, он говорит правду. В этом я не сомневаюсь. Но то, как он выделял слово «гей», слегка напрягает.

– Ну, ты же заметила Библию?

– Да, но я стараюсь не делать выводов заранее.

– Я вырос в одном из пригородов Северной Каролины, – сказал Кайл. – Поверь мне… В большинстве случаев эти две вещи действительно идут рука об руку. А теперь… Давай навестим друзей-геев мистера Шварца.

Оба ухмыльнулись и напряжение вдруг спало. Хлои направила машину в конец улицы и свернула вправо на Хайд-Стрит.

Эндрю и Коллин Дорсетт действительно работали из дома. Буквально через десять секунд после того, как Хлои постучалась в парадную дверь, ей открыл симпатичный парень с небольшим ноутбуком, который он держал на раскрытой ладони. Из дома также раздавался голос второго мужчины, который явно говорил по телефону, поскольку собеседника слышно не было.

– Добрый день, – произнес парень, встретивший их.

– Вы Эндрю или Коллин Дорсетт? – уточнила Хлои.

– Я – Коллин. Могу поинтересоваться, кто вы такие?

– Мы – агенты Файн и Молтон из ФБР, – ответила она. – Расследуем убийство Ким Уилдинг и пытаемся поговорить со всеми, кто общался с ней в последние несколько недель.

– Боже, это просто ужасно, – произнес Коллин, нахмурившись и отступая назад, чтобы впустить гостей.

– Вы хорошо ее знали? – поинтересовался Молтон.

– Достаточно.

– Она когда-нибудь упоминала о своих бывших парнях? – спросила Хлои.

Коллин провел их на кухню. Он поставил ноутбук на стол и налил себе чашку кофе  из довольно дорогой кофемашины.

– Не припомню. Кофе?

Молтон покачал головой, но Хлои согласилась. Пока Коллин наливал кофе, в кухню вошел явно заинтригованный Эндрю. Он был ниже, но не менее симпатичен. На нем была футболка и спортивные штаны для бега.

– Это агенты ФБР, – пояснил Коллин, протягивая Хлои чашку. – Спрашивают о Ким. Ты помнишь, чтобы она хоть раз говорила о парнях?

– Не думаю. Она была довольно болтлива, но ни слова о мужчинах.

– Вам известно, каковы были их отношения с Карверами? – поинтересовалась Хлои.

– Она хорошо отзывалась о них, – пояснил Эндрю.

– И искренне любила их детей, – добавил Коллин. – Она всегда защищала их. Думаю, это означает, что Билл с Сандрой тоже для нее много значили.

– Кто-нибудь из вас слышал слухи о связи Ким и Билла?

– Забавная мысль, – ответил Эндрю. – Как-то я сказал при ней, что это жестокая шутка судьбы… Женатый мужчина и рядом такой соблазн… такая горячая штучка, как Ким. Ей явно стало неловко.

– Она когда-либо делилась чем-то личным с кем-то из вас? – уточнил Молтон.

– Не особо. Рассказывала о жизни в Вашингтоне. О том, как когда-то у нее была мечта писать речи для правительства. Такие вещи.

– Она называла имена людей, с которыми работала? – поинтересовалась Хлои.

– Если и так, то я не запоминал, – покачал головой Эндрю.

– Я тоже.

Хлои начала расстраиваться, поскольку не видела ни малейшей зацепки. Ее раздражали неопределенные и бессмысленные вопросы, но она не понимала, куда двигаться.

– Последние несколько раз, когда вы общались, не заметили ничего подозрительного в ее поведении? – спросила она.

– Нет, – ответил Эндрю.

– Не знаю, что именно вы имеете в виду, – поделился Коллин, – но, когда мы встретились в последний раз, она жаловалась, что не очень хорошо себя чувствует. Но это было сказано так, для поддержания разговора.

– Точно, помню, – кивнул Эндрю. – Она говорила, что сильно устала. И даже записалась к доктору.

– Она решила, что у нее какая-то проблема по-женски или что-то в этом роде, – согласился Коллин. – Потому что вставала ночью в туалет по нескольку раз.

– Она не вдавалась в подробности? – спросил Молтон.

– Нет. Думаю, люди не очень любят обсуждать такие проблемы.

– Позвольте кое-что уточнить, – вставила Хлои. – Пара геев в подобном районе. К вам кто-нибудь относится враждебно?

Парни переглянулись и практически синхронно пожали плечами.

– Я бы не стал говорить, что мы встречали здесь явный негатив, – ответил Коллин. – Но периодически ловим неодобрительные взгляды, когда гуляем, держась за руки.

– Ах, и как-то раз нашли записку на лобовом стекле о том, что гомосексуализм – это грех, – добавил Эндрю. – Но это скорее развеселило нас, чем напугало.

– А как насчет Карверов? Вы хорошо их знали? – уточнил Молтон.

– Не особо, – сообщил Эндрю. – Как-то мы проходили мимо их дома, и один из ребятишек попросил поиграть с ним в футбол. Мы согласились, а когда пришла Сандра, мы обсудили с ней тот факт, что действительно являемся геями, а не просто соседями. Она была не против. Приятная девушка.

– Еще один вопрос, – продолжил Молтон. – И он может показаться слегка непристойным, но нам необходимо сузить круг подозреваемых. Есть ли кто-то из соседей, с кем, по вашему мнению, Ким была как-то связана? Возможно, имела связь или просто общалась, но не хотела выставлять это на всеобщее обозрение?