– Мы все знаем «Заветы», - ответил первый человек. - Я пытался сказать, что мы не сможем победить в этой битве самостоятельно. Мы должны сплотить весь Калибан против захватчика. Только тогда мы можем надеяться победить в этой войне.
– Нам следует сделать что-то, что позволит нашим людям увидеть истинное лицо врага, - сказал второй человек. - Мы должны заставить их взглянуть сквозь все притворные улыбки и неискренние слова на зло, скрытое под ними.
– В точности мои мысли, - согласился первый, - и мы должны сделать это быстро, прежде чем наш враг сможет усилить свой контроль над нашим миром. Я уверен, через некоторое время враг неизбежно покажет свои истинные намерения людям Калибана. Но время не на нашей стороне. Нам нужно ускорить события.
– И что, во имя Льва, вы предлагаете? - потребовал Захариил.
– Я говорю, нашему делу помогло бы совершение врагом акта террора, столь мерзкого, чтобы каждая благонамеренная душа немедленно восстала против него.
– Тогда вам долго придется ждать, - отрезал Захариил. - Империум никогда не сделает ничего подобного. Вы просто впустую переводите воздух и мое время этими разговорами.
– Ты неправильно меня понял, мальчик, - сказал человек. - Я говорю, что мы должны организовать такой акт от их имени, и сделать так, что в этом обвинят их.
Наступила тишина, поскольку остальные обдумывали его слова.
– Вы хотите совершить злодеяние, и свалить ответственность за него на Империум? - сказал Захариил. - Немиил? Ты ведь не согласишься с этим?
– А какой у нас есть выбор, кузен? - ответил Немиил, хотя Захариил видел, что он был не восторге от слов, произнесенными на тайном совещании, и был потрясен настолько же, насколько и Захариил.
– Империуму нельзя доверять, - сказал первый человек. - Мы знаем, что они составили заговор, чтобы поработить нас и отобрать наш мир. Они не люди чести. Поэтому, я говорю, мы можем бороться с ними, только если будем использовать их же хитрые и закулисные методы против них же самих. Мы должны бороться с огнем при помощи огня. Только так мы сможем победить их.
– Вы говорите об убийстве наших собственных людей, - сказал Захариил.
– Нет, я говорю об их спасении. Ты думаешь, будет лучше, если мы ничего не сделаем? Особенно, если своим бездействием мы можем приговорить будущее поколение детей Калибана к рабству. Путь, который я предлагаю, приведет к нескольким сотням, возможно даже нескольким тысячам смертей, но в долгосрочной перспективе мы сохраним много миллионов жизней. И что еще важнее, мы сможем сохранить нашу планету, наши традиции и образ жизни, подаренные нам нашими предками. Я спрашиваю тебя, стоит ди это нескольких смертей?
– Те, кто погибнут, станут мучениками, - сказал третий человек. - Пожертвовав их жизнями, мы бы обеспечили свободу нашей планете.
– Да, это хороший способ, - согласился первый, - мученики. Они умрут для того, чтобы Калибан был свободным. Я знаю, что наши взгляды не пользуются популярностью, Захариил, но это сделает их более приемлемыми, чтобы, когда придет время, люди пошли следом за нами. Этот акт покажет наших врагов в наихудшем свете и подстрекнет ненависть к ним.
Захариил недоверчиво смотрел на четверых мужчин, пораженный тем, что они думали, будто он мог присоединится к ним в этом безумии. Из четырех закутанных мужчин, окружающих его, один еще не высказал своего мнения, и Захариил повернулся к этой фигуре.
– Как насчет тебя, брат? - спросил он у четвертого человека. - Ты слышал это безумие, и возжелал хранить молчание. Для тебя приемлемо молчать в такие времена. Я должен узнать твоё мнение, брат. Фактически, я его требую.
– Я понимаю, - сказал четвертый человек после короткой паузы. - Хорошо, если ты хочешь услышать мое мнение, вот оно. Я согласен почти со всем, что было сказано. Я соласен, что мы должны принять меры против нашего врага. Кроме того, учитывая могущество сил, выставленных против нас, мы должны временно отменить законы чести. Это война, в которой мы не можем позволить себе проиграть, поэтому мы должны отбросить сомнения и предпринять действия, которые бы обычно нашли неприемлемыми.
– Хорошо сказано, брат, - кивнул первый человек, - но есть еще что-то? Ты сказал, что соглашаешься почти со всем, что мы сказали. С чем же ты не соглашаешься?
– Только в вопросах тактики, - сказал четвертый человек. - Вы говорили об организации акта злодеяния, создав инцидент столь ужасный, что он повернет наших людей против Империума, но я бы предложил более прямое нападение.
Атмосфера в палате, казалось Захариилу, сгустилась и потемнела, будто свет избегал того, что здесь обсуждалось.
– Единственным актом мы можем нанести непоправимый вред вражеской морали, - сказал четвертый человек. - Возможно, если мы будем воистину удачливы, мы могли бы даже выиграть войну в одно мгновение.
– О каком акте ты говоришь? - спросил первый человек. - Что это?
– Это действительно очевидно, - сказал четвертый человек. - Это один из первых тактических уроков в «Заветах». «Чтобы убить змею, ты отрезаешь ей голову».
Захарил понял истину за мгновение перед остальными.
