Сосредоточение России. Битва за русский мир полностью

В области внешней политики будет продолжен курс на избежание конфронтации, с постепенным утверждением голоса России в защиту собственных национальных интересов. Возможно, некоторая риторика поменяется, смягчится, хотя я вовсе не считаю нынешнюю риторику жесткой. Она стала просто более откровенной. Мы перестали притворяться.

– Два года назад в интервью нашему изданию вы говорили о «невнятности» российской внешней политики. Что с тех пор поменялось? – Очень важно не потерять тот консенсус, которым отличаются последние пять– семь лет от разброда и полной неразберихи середины 90-х годов. Тогда даже самые важные стратегические вопросы внешней политики были заложниками внутриполитической борьбы. Сейчас же можно говорить, что до 80 % населения все-таки осознали, что «новым мышлением» нас здорово обманули. Судоходные реки и незамерзающие порты оказались одинаково важны и для монархий в XVIII веке, и для коммунистов, и для демократий. И политика Запада, тех самых «образцовых стран», как раз больше всего это доказывает. Необходимо понимать, что в трудный период утверждения на мировой арене внутренняя политика и социально-экономическая стратегия государства может подпитывать, а может, наоборот, подрывать такой консенсус. Правильная социально-экономическая политика является залогом сохранения единства национального мировоззрения, которое худо-бедно, но у нас нащупывается. Люди устали презирать собственное Отечество.

К сожалению, кольцо вокруг нас сжимается. И как остановить эту тенденцию – вопрос. Мы расплачиваемся за инфантильные пацифистские доктрины, которыми была полностью одурманена наша политическая и еще более идеологическая элита конца 80-х – начала 90-х. Именно тогда открыли все двери. Главный геополитический военно-стратегический проигрыш – принятие в НАТО вовсе не Польши и Чехии, а Прибалтики!

Вот цель – отторгнуть от России Балтику, которую Запад лелеял с самого обретения этого выхода к морю Петром Великим. После вхождения Прибалтики в НАТО самое серьезное, что нам угрожает по-настоящему, – это западные «ухаживания» за Украиной. Эти две позиции сделали Россию великой державой, закрепив ее присутствие в Черном море и на Балтике. И оттуда нас вытесняют, загоняя на северо-восток Евразии, в глубь континента, где расстояние между пунктами и путями транспортировки сырья и продукции – тысячи километров.

И здесь не до миндальничания, здесь надо бы проявлять как можно больше твердости и искусной дипломатии. К сожалению, в начале 90-х, когда еще можно было провести красную линию в переговорном процессе, этого не сделали. Нужно было твердо заявить, что ни Прибалтика, ни другие бывшие части исторического государства Российского не могут входить в НАТО. Для этого были юридические основания. Ведь еще не был порушен американцами Договор по ПРО, где четко была прописана географическая зона действия – зона ядерной ответственности и безопасности России, которая выступала правопреемницей СССР по Договору. Речь шла о территории Советского Союза в границах 1975 года, подтвержденной Хельсинским актом. Надо было твердо сказать: «Границы сегодняшней РФ и границы ее военно-стратегического пространства – не совпадают, ибо границы военно-стратегического пространства определены преемством по договорам». Этого не было сделано…

Балтика и Черноморский регион – военно-стратегические рубежи, от которых зависит наше будущее. С Черного моря уходить нельзя. Все, что творится вокруг Грузии, имеет одну цель: вытеснение России как главного военно-стратегического субъекта региона. Кому была бы нужна Грузия без абхазского побережья и батумского порта, без ворот на Кавказ – Осетии? Надо четко представлять, куда направлен вектор давления на Россию. Частью нового мирового проекта является реорганизация всего Балкано-Черноморо-Каспийского региона, с удалением от России Грузии, Азербайджана и изоляцией Армении, в том числе и с помощью так называемой геоэкономики. Это создание масштабных экономических, в основном энергетических проектов, которые обеспечат геополитическую переориентацию на новые центры целых регионов с их многовековой устойчивой принадлежностью к российскому ареалу влияния.

– Украинские власти от этого влияния очень хотят избавиться…