Чем ближе мы были к портовому городу, тем чаще веяло солёным воздухом. Постепенно сквозь деревья можно было увидеть и услышать чаек. Несмотря на постоянное брюзжание торговца, что они ему засрут весь фургон, я был рад подобным попутчикам. Сбывалась потихоньку моя мечта увидеть свет и нести справедливость в качестве героя. И если второе из-за недоразумения не особо сейчас получается, то вот увидеть свет я уже вполне могу. Я был почему-то уверен, что портовый город ждал моего прибытия с распростертыми объятиями, и что по прибытию моя жизнь, наконец, наладиться.
Всё ближе виднелись стены Лароса, но с каждой минутой мой настроение все больше портилось. Уж никак не вязались с мечтой хлипкие дырявые стены, покрытые ковром плесени, еле стоящие дома, в которых никто бы из моей деревни не стал жить. От запаха соли и тухлой рыбы начинали слезиться глаза. Я надеялся, что скоро смогу к этому привыкнуть иначе придётся искать более приятное место. Подходя к воротам мы в первую очередь наткнулись на стражу.
— Стойте! Из-за последних событий за всеми приезжими следует досмотр, — сказал один из них.
— Это что за события? Месяц назад всё ж было хорошо, — спросила Лия.
Стражник сразу же заулыбался, едва увидел её, по уже не молодому лицу словно прошёл лучик света, однако проверку никто прекращать не стал. На меня посмотрели, как на попрошайку, который вот-вот хочет что-то украсть, напихав за щеки всё что можно, чтобы больше унести. Учитывая, как меня встретили на тракте, недоверие уже привычная черта всех людей.
— О, Лия, ну может хоть ты справишься с этим безобразием. Мертвецы ходят по ночам, да мужчины стали вновь пропадать. Народ морской моряков губит, все как с цепи сорвались чуть больше недели назад, — сказал он.
— Как много всего… Ну ничего, сделаю всё что в моих силах, думаю, что Жак мне поможет, — сказала девушка подмигнув мне.
Некромант в городе? С чего ему тут быть? А где тогда герои? Город особо никого не интересовал, стражники здесь явно были больше для вида, даже герои в эту глушь редко заходят. А переться тёмным через весь лес, чтобы поживиться тухлой рыбой, как минимум странно. Меня учили борьбе со злом с самого детства так что начать путь героя с поимки некроманта неплохая идея. Может старейшины тогда поймут, что я не представляю угрозы.
Так и родился у меня в голове план. Я даже заулыбался своим мыслям, чем озадачил стражника, явно считающего, что в упоминании тёмных сил нет ничего веселого.
— А он тоже хочет стать героем? — осторожно спросил тот у девушки, и получив утвердительный ответ сразу успокоился, — Ну тогда понятно.
Служивый с сочувствием посмотрел на меня. Действительно, на фоне Лии я смотрелся прям совсем жалко, несмотря на постоянные тренировки особо размерами я не отличался. В пути я рассказал девушке и остальным, что хочу стать героем, после прокола знаний об яде паука. Вроде и не соврал, да ещё и объяснил свою осведомленность.
Тем временем другие стражники уже проверили фургон. Возникли вопросы по поводу кинжалов, которые мы забрали у бандитов, но Ранаг быстро разобрался с этим. Сверкнуло серебро и поток глупых вопросов сразу прекратился. Да уж, с таким подходом удивительно почему у них некроманты не входят в город, как к себе домой.
Мы вошли в город и в нос ещё сильнее ударил запах рыбы. Прилавки с уловом стояли почти на входе в город. Только вот за ними никого не было. Пару тухлых рыбёшек лениво клевали жирные чайки. Сами же лавочки прогнили, словно город давно заброшен. Тоже самое касалось и домов. Деревянные хибарки производили впечатление, что там никто не живёт, и несмотря на то, что был вечер, в окнах не горел свет.
— Здесь всегда так людно? — спросил я с сарказмом.
— Нет, как правило торговля идёт полным ходом даже ночью, ведь часто сюда с островов приходят новые товары. Обычным обывателям конечно не хочется лезть в эту глушь, а вот перекупщики, такие как я, крутятся здесь постоянно, — ответил Ранаг.
— Похоже из-за недавних происшествий люди даже на улицу выходить бояться, — сказала Лия, — Я выросла здесь, и такое случается только в периоды полнолуния, когда морской народ заводит песни с моря, чаруя людей и уводя на пир к богу Моркену.
