Спаситель позвал Сюзанну по имени, и она увидела — бывает же такое! — Нимрода. Когда они виделись в последний раз, он был обеими руками за крестовый поход Шедуэлла, только и говорил, что о завтрашней славе. Время и обстоятельства умерили его пыл. Он походил на воплощение горя: одежда изодрана, лицо исполнено скорби.
— Не держи на меня зла, — произнес Нимрод, прежде чем она успела заговорить.
— Я не держу, — ответила Сюзанна. Бывали моменты, когда она проклинала его, но это ушло в прошлое. — Честное слово, не держу.
— Помоги мне… — сказал он вдруг, подходя ближе.
Сюзанна обняла его. Он скрывал в этом объятии слезы, пока остальные не разошлись: поглядели на встречу друзей и расползлись обратно по укрытиям. Только тогда Нимрод спросил:
— Ты виделась с Джерико?
— Он погиб, — отозвалась Сюзанна. — Его убили сестры.
Нимрод отстранился и закрыл лицо руками.
— Это не твоя вина, — сказала ему Сюзанна.
— Я знаю… — проговорил он тихо. — Когда все пошло наперекосяк, я понял, что с ним случилось что-то ужасное.
— Ты не должен винить себя за то, что не разглядел правду. Шедуэлл — великолепный притворщик. К тому же он всегда продает то, что люди хотят заполучить.
— Погоди-ка, — Нимрод поднял на нее глаза. — Ты хочешь сказать, что пророк — это Шедуэлл?
— Именно так.
Он чуть заметно покачал головой.
— Чокнутый… — произнес он, все еще не веря. — Чокнутый.
— Это не значит, что он недостаточно силен, — предостерегла его Сюзанна. — Он тоже владеет чарами.
— Тебе надо пойти в лагерь, — Нимрод вдруг заторопился. — Поговорить с нашим командиром, пока мы не пошли к Вихрю.
— Только быстро, — сказала она.
Нимрод уже вел ее между обломков скал, за которыми скрывались повстанцы.
— Из первых разбуженных выжили только я и Апполин, — рассказывал он на ходу. — Все остальные умерли. Моя Лилия. Потом Фредди Каммелл. И вот теперь Джерико.
— А где сейчас Апполин?
— Она ушла в Королевство, насколько мне известно. А как там Кэл? Он с тобой?
— Мы договорились встретиться в Небесном Своде. Но Шедуэлл уже движется к Вихрю.
— В котором и сгинет, — сказал Нимрод. — Какие бы чары ни украл, он всего лишь человек. А люди смертны.
«Как и все мы», — подумала Сюзанна, но оставила эту мысль при себе.
Бравые речи Нимрода плохо вязались с тем, что Сюзанна увидела в лагере. Он больше походил на лазарет, чем на военно-полевой стан. Там, под прикрытием скал, собралось человек пятьдесят мужчин и женщин, и едва ли не все были ранены. У некоторых еще остались силы сражаться дальше, но многие уже стояли на пороге смерти, внимая последним утешительным словам.
В углу лагеря, подальше от глаз умирающих, лежало с дюжину покойников, завернутых в самодельные саваны. В другом углу высились кучи захваченного и рассортированного оружия. От его вида леденела кровь: автоматы, бутылки с зажигательной смесью, гранаты. Судя по всему, сторонники Шедуэлла хорошо подготовились к уничтожению непокорных обитателей Фуги. На фоне орудий убийства и того рвения, с каким их применяли, даже самые сильные чары казались слабенькой защитой.
Если Нимрод и разделял сомнения Сюзанны, то предпочел не показывать этого. Он без умолку болтал о победах, одержанных прошедшей ночью, словно боялся красноречивой тишины.
— Мы даже захватили пленных, — похвастался он и подвел Сюзанну к грязной канаве между камнями.
Там сидели пленники, не менее десятка, связанные по рукам и ногам. Их охраняла девушка с автоматом. Это была угрюмая толпа. Некоторые были ранены, все без исключения подавлены, все плакали и бормотали что-то себе под нос. Когда лживые речи Шедуэлла перестали их морочить, люди очнулись и осознали, что натворили. Сюзанна посочувствовала им в этом самоуничижении. Она слишком хорошо знала, какой способностью одурманивать обладает Шедуэлл — в свое время сама едва не поддалась на его чары. Пленники были его жертвами, а не союзниками, им всучили ложь, от которой они были не в силах отказаться. А теперь, освободившись от морока, они могли лишь предаваться тоскливым размышлениям о пролитой крови и впадать в отчаяние.
— С ними кто-нибудь разговаривал? — спросила Сюзанна Нимрода. — Может быть, им что-то известно о слабых сторонах Шедуэлла.
— Командир запретил, — ответил Нимрод. — Они нечистые.
— Не говори чепухи! — возмутилась Сюзанна и спустилась в канаву к пленным.
Люди с тревогой повернулись к ней, кто-то начал громко рыдать при виде ее сочувственного лица.
— Я пришла не для того, чтобы обвинять вас, — сказала Сюзанна. — Я просто хочу поговорить.
Мужчина со следами запекшейся крови на лице спросил:
— Они убьют нас?
— Нет, — ответила она. — Нет, если мне удастся убедить их.
— Что случилось? — спросил кто-то еще. Голос звучал невнятно и как-то сонно. — Пророк идет? — На этого человека пытались шикнуть, но он не унимался. — Он должен прийти уже скоро, да? Он должен прийти и передать нас в руки Капры.
— Он не придет, — сказала Сюзанна.
— Мы знаем, — заверил ее первый собеседник. — Во всяком случае, большинство из нас. Нас обвели вокруг пальца. Он говорил нам…
