Социализм и судьба России полностью

Это, по существу, совпадает с зюгановским тезисом о существовании в рамках РСДРП – КПСС двух партий – патриотов и национальной измены.

Ацюковский о важности развития теории

«Необходимо отметить, что принципиальным недостатком всего этапа становления и развития социализма явилось то, что теория общественного развития фактически остановилась на трудах К.Маркса и В.И.Ленина. Работы И.В. Сталина содержали лишь отдельные теоретические фрагменты, связанные с текущими проблемами построения социализма. Отсутствие единой теории неизбежно ведет к отсутствию продуманной линии развития общества, к превалированию сиюминутных интересов над стратегическими, а в результате – к накоплению ошибок. Именно это и произошло в нашей стране.

Необходимо не забывать, что и сегодня опасность мелкобуржуазного перерождения коммунистической партии не исчезла, и в будущем будет представлять главную опасность для возрождения социализма и построения коммунизма» [50, 149].

О мелкобуржуазном перерождении снизу.

«Однако было бы неправильно полагать, что буржуазное перерождение советского общества происходило только «сверху», по вине руководства страны. Такое же размывание социализма шло непрерывно «снизу», со стороны основной массы населения, отнюдь не расставшейся с мелкобуржуазной психологией. Сама эта психология, в соответствии с которой надо взять от общества как можно больше, а отдать ему, по возможности, меньше, непрерывно подпитывалась устаревающими социалистическими производственными отношениями».

«…взять от общества как можно больше, а отдать ему, по возможности, меньше» – это ведь правило коммунальности по Зиновьеву (см. 10.1).

«Сохранение товарно-денежных отношений в сфере потребления и соответственно заработной платы трудящимся создает у них иллюзию, что их благополучие связано только с лично заработанными средствами. На самом деле это совсем не так, потому что каждый человек при социализме значительную часть заработанного не получал на руки, это уходило в государство, которое на эти средства на системной основе могло не только содержать само государство со всеми его атрибутами, но и обеспечить относительно высокое благополучие всего населения за счет высокой организации производства, низкой себестоимости продукции, соответственно низким ценам на предметы потребления, включая и общественную сферу потребления. Эта иллюзия сразу же после смерти И.В.Сталина стала подпитываться официальными рассуждениями о необходимости «материального стимулирования», о необходимости каждому иметь личное подсобное хозяйство и т. п.

В результате в населении стали массово возрождаться и расти рваческие настроения. Перерождение рабочих шло через приписки, сверхурочные, аккордные, рвачество и кражу социалистической собственности с предприятий («ты здесь хозяин, а не гость, тащи с завода каждый гвоздь!»), а в нерабочее время – через садово-огородные участки, дачки-игрушки, личные автомобили и пьянство. Так же шло перерождение колхозников через «приусадебное хозяйство» и расхищение колхозной собственности.

Перерождение интеллигенции шло через зависть к буржуазному образу жизни с его аморальной и преступной вседозволенностью, прикрываемой ложью о «свободе личности», и «правах человека», о «демократии», «свободе творчества» и «социальной справедливости».

Таким образом, разложение общества «снизу» происходило не в меньших масштабах и имело не менее тяжкие последствия, чем его разложение «сверху».» [47, 154].

С такой оценкой нельзя согласиться полностью. Разумеется, с рвачеством, воровством и пьянством нужно было бороться. Но возможности получать трудящимся садово-огородные участки, личные автомобили в условиях более открытого общения с миром капитала объективно гасило контрреволюционные тенденции. Если бы этого не делать в условиях открытости, то недовольство было бы ещё сильнее. А зависть к буржуазному образу жизни, как мы уже упоминали выше (гл. 6) – объективна.