Мы со своей командой готовы и дальше бороться за те идеи, которые выносили на выборы. Мы всё сделаем для того, чтобы процесс шел мирно и демократично, но будем наращивать давление и на улице, и в интеллектуальном плане, и с организационной точки зрения…
Мы не признаём выборы, считаем их нелегитимными, нечестными, непрозрачными. Я не вижу смысла кого-либо поздравлять. Ибо от такого рода выборов проигрывают все без исключения. Проигрывает Россия. Проигрывают трудовые коллективы, проигрывают все народы нашей страны, которых, как военнопленных, передали с рук на руки. Такого рода выборы свидетельствуют о том, что о страну и граждан вытерли ноги, не сообразуясь ни с законом, ни с элементарной порядочностью. Нормальные люди не могут признать эти выборы» [125]!
Собственно невозможность честных выборов уже была ясна и до 4 марта. Хотя официально «замруководителя президентской администрации Вячеслав Володин призвал губернаторов не допускать фальсификаций входе выборов». Но «Владимир Чуров не был отправлен…в отставку; суды не приняли большинство исков о нарушениях, соответственно, подозреваемые в фальсификациях члены избиркомов не понесли наказания (как и не были оправданы). То есть избирательная система, кроме общих слов Путина о честности выборов, получила и другой, конкретный сигнал – ваша работа на думских выборах одобрена и нарушения признаны допустимыми» [126].
Отвечая на вопросы СМИ, первый заместитель Председателя ЦК КПРФ, руководитель Центрального штаба КПРФ по выборам Иван Мельников также резко охарактеризовал выборы как нечестные. Ниже приведены некоторые его высказывания, дополняющие характеристику выборов, данную Зюгановым: «Мы утверждаем: если бы выборы были честными, второй тур оказался бы неизбежным. А они не были ни честными, ни свободными. Даже количество сообщений о нарушениях показывает, что эти выборы прошли грязнее, чем декабрьские выборы в Государственную думу.
Крайне важно понимать, что такие нововведения, как размещение веб-камер на участках, были использованы лишь в качестве отвлекающего маневра: 90 % фальсификаций происходили за рамками поля зрения объективов. Технологи власти верно просчитали, что для «витринной чистоты» выборов достаточно минимизировать грубые ручные вбросы, которые легче фиксируются и вызывают наибольший резонанс.
