- Вполне. Мне интересно лишь одно, - Крийц сузил глаза, - Вы собираетесь сперва раздуть скандал вокруг нашего семейства и только потом обокрасть нас или наоборот?
- Я не удосужусь Вам ответить, - спокойно произнёс Том. – И мне бы очень хотелось, чтобы Вы незамедлительно ушли.
Мужчина бросил на сына пренебрежительный взгляд и удалился в сопровождении Хьюберта, который планировал закрыть за ним дверь.
- Когда ты прилетел? – поинтересовался Билл, подходя и обнимая немца.
- Пару часов назад, но мне надо вернуться к понедельнику.
Томас поцеловал его в лоб и пошёл на кухню. Юноша последовал за ним.
- У нас стоят поставки, ты в курсе?
- Да. Забастовки. Я как раз думал над этим последние дни, - Билл сел за стол.
- Я хотел с тобой поговорить, на самом деле, - Томас налил себе сока, - но этот разговор можно отложить до лучших времён, потому что сейчас проблем по горло. Ты, наверное, ещё сильно опечален ситуацией с родителями.
- Не то чтобы очень, но да, есть немного. Обидно, что они не поддержали меня, но я был к этому готов. Хотя, сказать тебе честно, я больше устал, чем переживаю по их поводу.
- Тогда пойдём спать. Это самое лучшее.
Билл отправил Тома в кровать, пока сам смотрел на малышей. Оли уложила их, и сейчас они растянулись в своей большой люльке. Он дал себе слово, что совсем скоро разберётся с этими чёртовыми делами и сам будет баюкать их.
Мэхорд не спал. Он отодвинул одеяло и пригласил Билла к себе. Тот с удовольствием лёг, обняв парня. С ним было спокойнее, чем обычно. Он источал незримую силу и уверенность.
- О чём ты хотел поговорить? – прошептал француз.
- Я вспомнил об этом только в самолёте. Ты знаешь, что мы слишком забегались?
- Ты это к чему? – не понял собеседник.
- По закону мы должны дать имена детям в течение пятидесяти дней с момента рождения, зарегистрировать их и поставить на учёт. А мы с тобой безответственные родители, потому что ничего из этого не сделали, а пятьдесят дней скоро истекут.
- А ты прав, - обескураженно проговорил ему в шею Билл.
Он как-то не задумывался над этим. Дети и дети, малыши, мальчики... и безымянные.
- И я решил, что ты это возьмёшь на себя, - торжественно сказал Том, улыбаясь, поглаживая юношу по руке. – Я соглашусь практически с любыми вариантами имён, если только ты не изгалишься и не выберешь какие-нибудь уродские.
- Приятно, что ты доверяешь мне, - с сарказмом пробубнил Билл, задумавшись. – Я совсем забыл про это.
- Теперь есть, чем мозги занять. А теперь давай спать.
Ночью Билл услышал настойчивый шепот.
- Нет, нет, Оли, идите спать, я сам.
Дверь спальни была открыта, и в коридоре кто-то беседовал.
- Герр Мэхорд, Вы уверены...
- Да, безусловно. Вам надо больше отдыхать. Вы с ними круглые сутки, поберегите здоровье.
Послышались удаляющиеся шаги. Билл лёг на другой бок, но без Тома было неуютно. Он встал, замотавшись в халат, и пошёл в детскую. Немец низко склонился над кроваткой, кладя одного из малышей, что-то шепча. Потом нажал на панель, и люлька стала потихоньку качаться. Томас улыбнулся и начал тихо-тихо петь. Это была колыбельная на старонемецком языке. Звучало очень красиво и добро. В этот момент парень выглядел настолько родным, будто бы они всю жизнь вместе прожили. Билл прислонился к косяку, скрестив руки на груди, и с улыбкой поглядывал на Мэхорда. Когда песня закончилась, он начал что-то говорить по-немецки. Бэль Омм не знал, что именно. Билл не видел, но понял, что мальчики уснули. Томас повернулся к двери, чуть вздрогнув от испуга, видимо, не ожидал, что за ним следят, но не проронил ни звука. Он подошёл к юноше, взял того за руку и вышел из детской, прикрыв слегка дверь. В коридоре, не нарушая покоя детей, Том обхватил ладонями лицо омеги и нежно поцеловал. Билл обнял его за талию, прижавшись. Они с упоением ласкали друг друга в этих простых движениях. И этот поцелуй оказался впервые осознанным и таким нужным, закрепляя их отношения, их принадлежность друг к другу.
- Идём спать, - сказал немец, отстранившись.
Билл согласно кивнул.
Часть 6
- Я хотел бы получить валидные результаты как можно быстрее, Вы и сами понимаете, что...
Том не любил кабинеты. Он сидел на кухне, раскрыв панель, и говорил с каким-то статным мужчиной, будучи в домашней футболке. Ни одного из собеседников это не смущало.
- Да, герр Мэхорд, я займусь этим.
- Побыстрее, - надавил немец и одним жестом сложил панель.
Парень поставил рядом пад и начал что-то печатать.
- Том, - позвал его Билл, подходя ближе.
- Привет, - он улыбнулся. – Я рано встал, чтобы поработать.
Оли тут же подала Биллу кофе и ушла, оставив их одних.
- Я хотел затронуть одну не очень весёлую тему.
- Слушаю, - он кивнул, отпив кофе.
- Ты знаешь, как звали твоих родителей?
Томас тут же всё отложил и цепко посмотрел на партнёра, в момент подобравшись. Внутри Билла заклокотало желание тут же подчиниться такому взгляду, силе внушения карих глаз.
- Знаю, - серьёзно ответил тот. – Я скажу, но давай договоримся, что больше мы эту тему затрагивать не будем.
- Хорошо.
