Но и без обращения к таким предельным случаям, изменения в политике более подвержены воздействию идей, чем экономическая деятельность. Политические интересы вполне способны вступать в конфликт с экономическими. Рациональное преследование собственной выгоды может противоречить целям экономической эффективности, а вооружаясь средствами государственного принуждения, оно вполне может иметь последствия, выходящие за рамки исключительно редистрибу-тивного эффекта и связанные с трансформацией самой институциональной структуры.
Можно утверждать, что постепенный рост благосостояния и образования отдельных слоев общества повышает их спрос на «хорошие» институты, но уже имеющаяся их конфигурация вполне способна препятствовать формированию соответствующего предложения или трансформировать сам спрос. Без принятия определенных ценностей как фундаментальных нет никаких оснований полагать, что люди, осознавая свои цели и интересы в пределах своей активной жизни и в рамках сложившейся ситуации, массово выберут те стратегии поведения (и смогут, что немаловажно, скоординировать свои действия с другими людьми), которые обеспечат переконфигурацию политической системы. Проблема консервации «порядков ограниченного доступа», следует заметить, была поставлена в рамках самого неоинституционального анализа. На первый план в результате выходят культурные и ценностные паттерны поведения, препятствующие или способствующие достижению «порядков открытого доступа».
Вывод о том, что определенные неэкономические условия предшествуют достижению успешного развития, а не следуют из него, можно считать примечательным результатом экономического анализа институтов. Исходя из него, можно утверждать, что рыночный способ координации – необходимое, но не достаточное условие построения свободного общества. Для обеспечения его эффективного функционирования он должен быть помещен в соответствующую институциональную и культурную среду. Обоснование этого подхода было связано с анализом различных траекторий исторического развития. Он подразумевает исторический подход к построению свободного общества как к процессу, в котором можно выделить определенные универсальные закономерности и стадии. Свободное общество – результат этого процесса, его построение – выступает смыслом истории. Этот подход обладает определенными преимуществами в историко-экономических исследованиях. Но в применении к современным условиям связанная с ним неизбежная градация обществ с точки зрения соответствия смыслу и цели исторического процесса способна служить обоснованием сворачивания уже имеющихся прав и свобод в обществах, признаваемых «незрелыми», для ограничения в них демократического процесса и оправдания авторитаризма – особенно в случае, если он признается «просвещенным». Выдвижение в рамках либерализма положения, что обеспечение структурных условий построения свободного общества может потребовать на каком-то этапе ограничения безусловного признания свободы как блага, выбору которого не может быть предпочтен выбор любого другого блага, ставит внутреннюю ценностную проблему.
В этом отношении предложенная нормативная интерпретация разделения политического и рыночного механизмов координации в концепции Рубинштейна обладает, как представляется, преимуществом. Здесь рыночный механизм также выступает основой для выявления и согласования предпочтений в виде системы цен. Как таковой он не требует особого ценностного обоснования, поскольку основан на проявлениях частных интересов. Но система социального либерализма предполагает также выявление предпочтений и интересов общества (его отдельных групп) и их последующее преобразование в политические цели посредством демократического механизма. Укажу и на то, что его эффективное, а не формальное функционирование также требует предварительных институциональных и культурных условий, которые в реальности могут отсутствовать. Важнейшие среди таких условий – развитое гражданское общество; конкурентный рынок идей, служащих основаниями для артикуляции интересов гражданского общества; интеллектуальная культура, позволяющая отсеивать нереалистичные или популистские лозунги и не допускать установление посредством демократического механизма недемократических или подрывающих долгосрочную стабильность общества целей.
