Когда человека признают девиантом и обращаются с ним соответствующим образом, как он реагирует на это? Считает ли себя приговоренный к смертной казни в большей степени девиантом, чем тот, на кого навешен ярлык гомосексуалиста? Ответ на этот вопрос определяется тем, в какой мере человек согласен с мнением окружающих. Шур (1971) назвал процесс «вживания» в образ девианта ролевым поглощением. Согласно его точке зрения, ролевое поглощение является конечным этапом процесса развития девиантного поведения. Степень этого поглощения обусловлена главным образом отношением других людей к человеку, который считается девиантом.
Филлипс (1963) исследовал, как люди реагируют, когда узнают, что кто-то обратился за помощью к психиатру. Несколько сот взрослых людей получили карточки с описанием поведения пяти человек: параноидного шизофреника; обычного шизофреника; встревоженного и удрученного человека; пациента, которого мучили страхи, человека с нормальной психикой. Наряду с этим сообщалась информация о том, в какой помощи нуждался каждый из них, — лечении в психиатрической больнице, консультации психиатра, беседе со священником и т. п. Филлипс обнаружил, что люди предпочитали иметь дело с теми, кто не нуждался в психиатрической помощи, независимо от характера и степени заболевания человека. Здоровый человек, который лечился в психиатрической больнице, воспринимался более отрицательно, чем душевнобольной, который вообще не стремился к получению медицинской помощи.
Это исследование привлекает особое внимание к проблемам, с которыми, вероятно, сталкиваются люди, отмеченные клеймом девианта. Отношение к ним работодателей, членов семьи и друзей влияет на особенности ролевого поглощения. Однако иногда люди упорно отказываются считать себя девиантами или пытаются «нейтрализовать» наклеенный на них ярлык. При этом они признаются в совершении девиантного поступка, а затем каким-то образом оправдывают его (Матца, 1964). Например, молодой человек, обвиненный в краже дамской сумочки, мог бы сказать в свое оправдание: «Да, я украл ее. Но ведь все воруют. Мне просто не повезло, и меня поймали». Он поддерживает норму, запрещающую воровство, но стремится «нейтрализовать» свой поступок путем его деперсонализации. Согласие человека с девиантной идентичностью основывается на многих факторах — среди которых наиболее важно, насколько часто, как долго и с какой интенсивностью окружающие навязывали ему данную идентичность, а также его способность оказывать сопротивление процессу ролевого поглощения (Шур, 1971).
Как считает Дэвид Матца (1964), в большинстве случаев, когда девиация наблюдается в течение длительного времени, она выходит за рамки поведения отдельного индивида и становится коллективной: на основе единичных девиантных поступков формируется образец поведения, который усваивается многими людьми. Такой образец может привести к созданию новой субкультуры, основные принципы которой стимулируют «нарушение правил». При этом «субкультура преступного мира заимствует свои нормы из господствующей культуры, но „переворачивает их с ног на голову“. Преступное поведение считается правильным в соответствии со стандартами этой субкультуры именно потому, что оно противоречит нормам господствующей культуры» (Коэн, 1955, р.28). Наиболее ярким проявлением этой тенденции является поведение преступных банд, а также «бунтовщиков» (согласно концепции Мертона). Ритуализм, о котором писал Мертон, может также стать коллективным. Чья-то индивидуальная привычка слишком буквально следовать правилам может стать «стилем работы» группы служащих, которые доводят до абсурда выполнение любого, даже самого незначительного, распоряжения, что приводит к замедлению работы. Достаточно представить себе работу авиадиспетчеров, чтобы понять, что такой вид девиации может парализовать деятельность всей организации.
Когда девиация становится коллективной, девиантная группа приобретает большее влияние в обществе, чем ее представители, действующие в одиночку. В связи с этим власти сталкиваются с новыми сложными проблемами. Во-первых, это может способствовать изменению отношения общества к поступкам всей группы. Поведение, которое считалось девиантным, может оцениваться теперь как «несколько отличающееся» или «слегка отклоняющееся» по мере того, как оно становится социально признанным.
Тот факт, что 99 процентов опрошенных (в исследовании, о котором мы уже упоминали) признались, что хотя бы раз в жизни нарушили закон, свидетельствует о значительной напряженности, вызванной конфликтом между желаниями людей и давлением на них со стороны общества, принуждающего соблюдать социальные нормы. Термин социальный контроль относится к совокупности норм и ценностей общества, а также к санкциям, применяемым для их осуществления. В исследованиях девиации, социальный контроль означает усилия окружающих, направленные на предотвращение девиантного поведения, наказание девиантов или их исправление.
