Кампания против «желтой опасности» распространилась по всей стране, и в 1882 г. конгресс издал первый из ряда законов об изгнании китайцев. Согласно этим законам, полностью прекратилась иммиграция из Китая, а китайцы, уже прибывшие в Америку, были лишены права на гражданство. Десятки тысяч китайцев вернулись на родину. Многие подселились в восточные города, где предубеждение против них проявлялось в меньшей мере. С самого начала китайцы стремились жить в обособленных общностях и сохранять свой язык и обычая. Дискриминация способствовала этой тенденции, и вскоре в каждом крупном городе появился китайский квартал.
Но, лишенные права работать в торговле и промышленности, китайцы занялись деятельностью, в меньшей мере связанной с конкуренцией со стороны белых, — они открывали китайские рестораны, магазины и прачечные, где стирали вручную. Лишенные гражданства, китайцы образовали свои общности и по возможности стремились к независимости. Ассоциации, основанные на родственных связях и общем месте рождения, улаживали споры, организовывали взаимопомощь и осуществляли многие функции по охране, порядка, управлению и социальному обеспечению. Большинство членов общности считали себя скорее «заграничными китайцами», чем американцами китайского происхождения. Отношения с этническим большинством были формальными и по возможности ограниченными.
К настоящему времени многие американцы китайского происхождения имеют высокий уровень образования, занимаются интеллектуальным трудом в таких престижных областях, как медицина и особенно стоматология, и усвоили основные ценности, характерные для американского образа жизни. Новые иммигранты из Тайваня или Вьетнама не подвергаются расовому угнетению в такой мере, как более ранние китайские переселенцы, но они сталкиваются с теми же лингвистическими, культурными и бытовыми проблемами, которые обычно встают перед иммигрантами на протяжении всей американской истории.
В 1885 г., вскоре после принятия законов, направленных против китайцев, на Гавайские острова и западное побережье начали прибывать иммигранты из густонаселенной Японии. Большинство из них составляли молодые люди, которые устраивались на работу на шахтах, железных дорогах и в сфере обслуживания. Они планировали вернуться в Японию. Из — за предрассудков, по отношению к китайцам, японцы тоже были вынуждены жить обособленными общностями. В течение последующих 20 лет страх перед новой «желтой опасностью» стал причиной принятия законов, ограничивающих дальнейшую иммиграцию японцев, лишавших японских иммигрантов права на гражданство и вступление в брак с белыми, а также ограничивающих коммерческую деятельность американцев японского происхождения, их членство в профсоюзах и право на владение землей (Има, 1976).
Как уже упоминалось, среди первых поколений американцев из Японии поддерживались глубокие этнические традиции, которые в конечном итоге способствовали сохранению самобытности японцев. Для японцев были характерны высокая трудовая этика, уважение к власти, желание владеть собственностью, стремление к образованию и привычка экономить деньги. Японские семьи и общности осуществляли строгий контроль за поведением своих членов, будучи устойчивой референтной группой. Эти факторы способствовали высокой степени конформизма и очень низкому уровню преступности и правонарушений среди японских иммигрантов (Китано, 1974).
Второе поколение японских американцев воспитывалось под влиянием двух культур. Как и их родители, они были законопослушны, самостоятельны и уступчивы. Многие достигли значительного статуса, о чем мечтали их родители. Японская молодёжь заканчивала колледжи и университетами многие выдвинулись в таких престижных профессиях, как инженерное дело и архитектура. В отличие от родителей они уже не занимались сельскохозяйственным и тяжелым физическим трудом, став менеджерами и работниками интеллектуального труда. Однако в ходе этого процесса они утратили многие обычаи своих родителей, не умели читать и говорить на японском языке и не соблюдали религиозных обрядов, некоторые вступили в брак с белыми, другие жили в кварталах, где белые преобладали (Има, 1976; Китано, 1969).
