Насколько эти теории обоснованны? Все они сходятся в том, что дисбаланс в распределении богатств и ресурсов между первым и третьим мирами был порожден колониализмом. В этом они, разумеется, правы, и без сомнения справедливо также то, что отношения зависимости, возникшие в колониальный период, утвердились и даже стали более выраженными. Большинство стран третьего мира как бы опутаны системой экономических отношений с государствами ядра, которые сдерживают их экономическое развитие, но от которых им чрезвычайно трудно освободиться. В результате индустриальные страны становятся все более процветающими, тогда как страны третьего мира находятся в состоянии застоя.
Однако было бы ошибкой утверждать, как это делает, в частности, Франк, что процветание индустриальных стран было достигнуто
Кроме того, опыт новых индустриальных стран показывает, что в определенных обстоятельствах слаборазвитые страны могут стимулировать быструю индустриализацию и экономический рост.
Теория Валлерштайна особенно важна не только потому, что она посвящена анализу глобального дисбаланса, но и потому, что мир в рамках этой теории рассматривается как единая социальная система. Индустриальные общества и страны третьего мира возникли как различные составляющие единого процесса развития. Такой подход, безусловно, оправдан, даже если отдельные детали теории Валлерштайна могут быть подвергнуты критике.
Основным недостатком каждой из описанных теорий является то, что они концентрируются почти исключительно на экономических факторах развития общемировой системы. Экономическая составляющая чрезвычайно важна, но и остальные имеют большое значение. Политические соображения, военные столкновения, культурные факторы — все это также имеет важное значение для формирования глобальной взаимозависимости. Об этом мы будем говорить ниже.
Описанные выше теории совершенно справедливо отводят большое место крупным промышленным корпорациям двадцатого века. Рассмотрим их теперь более детально. Нередко их называют транснациональными или
Крупнейшие транснациональные компании представляют собой гигантские образования, их богатства превосходят богатства многих стран. Из сотни крупнейших экономических единиц мира сегодня половину составляют государства, другую половину — транснациональные корпорации. Масштаб деятельности этих компаний потрясающий.
600 крупнейших транснациональных корпораций обеспечивают более 1/5 общемирового промышленного и сельскохозяйственного производства. Около 70 из этих 600 гигантов контролируют положение продаж на мировом рынке[447].
В течение последних двадцати лет деятельность транснациональных корпораций становилась все более глобальной: в 1950 году дочерние предприятия более чем в двадцати странах имели только три из 315 крупнейших компаний мира, а сейчас их около пятидесяти. Таких фирм, конечно, меньшинство, большая часть из них имеет дочерние предприятия не более чем в пяти странах.
Штаб-квартиры восьмидесяти девяти из 200 ведущих транснациональных корпораций мира находятся в Соединенных Штатах, на них приходится более половины всех объемов продаж. Доля американских компаний, однако, резко сократилась по сравнению с началом 1960-х годов в связи с бурным ростом японских компаний. В 1960 году среди 200 ведущих компаний только 5 были японскими, а в 1983 уже двадцать пять.
Вопреки укрепившемуся представлению (разделяемому в том числе и некоторыми из упоминавшихся выше теоретиков), большинство инвестиций транснациональных компаний размещаются внутри индустриального мира: три четверти
