Относительно других программ ситуация пока остается очень сложной. На встрече исследователей средств массовой информации, проходившей летом 1990 года в Бразилии, все стороны пришли к общему мнению о том, что в течение последних 20 лет преобладание Соединенных Штатов в телевидении и кино Латинской Америки еще более возросло. Собственная телевизионная продукция Бразилии еще более коммерческая и еще более ориентирована на пропаганду потребительских взглядов, чем американская. Однако с развитием спутникового и кабельного телевидения культурная продукция постепенно становится более разнообразной. Исследования показывают, что при наличии выбора предпочтения, как правило, отдаются продукции национального производства.
Некоторые наблюдатели полагают, что в будущем мировое неравенство в сфере телекоммуникационных технологий станет еще значительнее. Известный исследователь средств массовой информации Энтони Смит пишет:
Угроза независимости, которую в конце двадцатого века представляет собой новейшая электроника, может быть более опасной, чем колониализм. Мы начинаем понимать, что деколонизация и появление наднационализма были не завершением имперских отношений, но простым расширением той геополитической паутины, которая плетется со времен Ренессанса. Новые информационные средства способны внедряться в “воспринимающую” культуру более глубоко, чем любое предшествовавшее им проявление западной технологии. Результатом может быть невообразимый хаос, усугубление и без того существующих в развивающихся странах социальных противоречий. Мы на Западе думаем о 2500 спутниках связи, вращающихся сегодня вокруг Земли, как о передатчиках информации. Для многих обществ они могут превратиться в пипетки, посредством которых извлекаются данные, касающиеся суверенитета того или иного общества для последующей их обработки в ином месте.[465]
Каким будет результат процессов, описанных в этой главе? Суждено ли земному шару в будущем стать единой политической системой, руководимой какой-либо разновидностью мирового правительства? Безусловно, процессы глобализации стоят в ряду важнейших социальных перемен, и социологический анализ, ограничивающийся изучением отдельных обществ, представляется все более архаичным. Многие фундаментальные проблемы, отягощающие нашу жизнь, такие, как экологический кризис или предотвращение крупномасштабной военной конфронтации, по своему масштабу неизбежно являются глобальными.
И все же, несмотря на увеличивающуюся экономическую и культурную взаимозависимость, мировую глобальную систему разрывает неравенство, она подобна лоскутному одеялу, состоящему из государств, которые имеют не только общие, но и противоположные интересы. Нет реальных указаний на то, что в ближайшем будущем может установиться политический консенсус, который пересилил бы противостояние интересов отдельных государств. В конце концов мировое правительство может возникнуть, но если это и произойдет, то только в результате долгого процесса преобразований. Одной из самых тревожных черт сегодняшнего мира является тот факт, что усиление глобализации не сопровождается политической интеграцией или уменьшением мирового дисбаланса в отношении богатства и власти. Во многих смыслах мир делается более единым, и некоторые традиционные источники конфликтов между нациями исчезают (см. главу 11, “Война и военные силы”). И все же разрыв между богатыми и бедными обществами дошел до крайней степени и легко может стать источником серьезной мировой напряженности. В мире не существует центральной глобальной организации, которая бы могла эффективно контролировать напряженность или способствовать перераспределению богатства.
1. Мировое сообщество становится все более взаимозависимым — этот процесс известен как
