Она очутилась в Средиземье, потому что бросилась на дорогу, спасая одинокого заблудившегося котенка… или щенка. И попасть ей лучше сразу в Нору, а иначе мало ли, кто ей встретится? Или вдруг она врежется в кого-нибудь, когда попадет... или кого-нибудь раздавит, побеспокоит… ой. Кругом опасности — и для нее, и от нее. Можно ей тут в уголочке посидеть? Ой, чай? Спасибо большое, не стоило напрягаться.
Она с удовольствием поможет и хоббиту, и гномам, если они озвучат свои просьбы. Иначе она предпочтет не встревать ни на чужую кухню, ни в чужие разговоры – а то мало ли как можно навредить! Свойственное Досточке чувство вины не даст влезть ни в одну ситуацию без уверенности, что ее вмешательство приведет к благу. Говорить будет тихо, советы давать ненавязчиво. Не исключено, что благодаря одной из ее отличительных черт — умению задавать точные наводящие вопросы — отвечающий на них сам разберется со своей проблемой наилучшим образом. «Думать в Досточку» очень продуктивно…
Нет, в поход она совсем не хочет. Но все ей сказали, что надо и продуктивно, а еще это же домик хоббита, если она тут останется, то очень ему будет мешать. Но если бы не сказали… ну, она бы осталась, надо же и за домиком присмотреть, мало ли что… Но раз сказали…
Поэтому она согласится пойти в поход, но обязательно откажется от доли добычи – нехорошо ведь, а ей деньги не нужны, милосердие и гуманизм белого этика заставляют думать, что они нужнее другим участникам похода.
А вот от вещей в поход она не откажется, понимая, что без них будет затруднительно, но будет считать себя обязанной за них до конца похода и очень постарается все сберечь, чтобы вернуть потом в целости.
Отправится спать с мыслями, как бы помирить дракона и гномов.
Гэндальф же всю ночь будет думать, не ученица ли это Радагаста.
Габенка
Она перенесется в Средиземье во сне. И будет не очень довольна, что ее разбудили только для того, чтобы сообщить, что она уже не в своем мире. Ну не в своем, и что? Жить и в этом можно, наверное. Сейчас она поспит еще пару часиков, попьет чайку и не торопясь приступит к выяснению – можно или нельзя. А паниковать смысла нет, надо просто разбираться… постепенно.
Вряд ли она посчитает разумным отправляться в какое-то там путешествие. И даже может приложить усилия на уговоры мистера Бэггинса остаться, чтобы им вместе жить в уютной норке, читать книги и изучать старинные карты, попивать эль у камина, рассуждая о дальних странствиях…
Но если обстоятельства против нее и идти все же надо, то к подготовке она подойдет очень тщательно. И после спокойных, но упрямых и докучливых вопросов Торин наверняка отправит ее к Балину, чтобы тот подробно ей объяснил весь маршрут, время подъемов и отбоев, места стоянок, график дозоров…
Одежда ей в дорогу не нужна, на ней всегда самая удобная. А вот все остальное ей понадобится, сенсорика ощущений Габенки не позволит ей забыть ничего из того, что может сделать жизнь в дороге комфортнее.
Она не стремится никому о себе рассказывать, но и о других расспрашивать не будет. Ее заботливости достаточно, чтобы самой заметить, если им нехорошо и они в чем-то нуждаются. А остальное неважно.
Довольно скоро гномы заметят, что Габенка умеет делать все. А что не умеет, быстро учится и уже умеет. Только вот разбудить в ней желание что-то делать порой столь же непросто, как разбудить ее саму.
Гексля
Когда заметит, что переместилась, призадумается, но на время еще меньшее, чем Джечка.
Высмотрит хоббитских детей, завяжет с ними озорную игру. В результате совместных шалостей окажется у Норы – прикинет, что очаровать состоятельного холостяка не грех, а очень даже польза — интуиция возможностей не позволит ничего упустить, она же мгновенно подскажет план действий. Увы, из-за белой логики на болевой, свои быстрые и очень смелые планы Гексля никогда не обдумывает. Поэтому — Гексля, как советчик, это генератор планов. Но стабильность в них 50/50 – или повезет, или нет. Надо отдать ТИМу должное — свое везение они тоже чуют все той же сильной интуицией возможностей.
Вместе с ребятней Гексля проберется в сад к мистеру Бэггинсу, но показательно попадется за кражей редиски (милее и очаровательнее воровать яблоки, но на дворе май). Восторженные дети, разбежавшиеся после такой великолепной игры, мгновенно разнесут по соседям весть, что у мистера Бэггинса интересная и важная гостья. Тот не сможет выставить ее, потому что это неприлично, и потому что она добрая хохотушка, знающая много историй. В итоге – немного радостного смеха и редиски, — и мистер Бэггинс покорен.
