Мои отношения с генеральным штабом после того, как его начальником стал генерал Бек, осложнились. Человек старой школы, он о современной сложной технике не имел никакого представления и постоянно выступал против моих планов организации бронетанковых войск.
С назначением командующим сухопутными войсками генерала барона фон Фрича мне стало значительно легче разрешать вопросы развития бронетанковых войск.
В конце лета тридцать пятого года мы провели четырехнедельные учения для танковой дивизии, в которую были объединены все имевшиеся бронетанковые части и подразделения. Генералы Бломберг и Фрич с большим интересом следили за этими учениями. Их результаты оказались удовлетворительными. Когда был выпущен желтый аэростат, сигнал окончания учений, Фрич шутливо сказал: «Теперь остается, чтобы на аэростате появилась надпись: «Танки Гудериана — самые лучшие».
В октябре сформировали три танковые дивизии. Одна — под моим командованием. Я покинул Берлин, чтобы сменить службу в центре на практическую работу в войсках.
В августе 1936 года меня произвели в генерал-майоры.
По поручению генерала Лутца я зимой 1936—1937 годов написал книгу «Внимание, танки!». В ней я изложил историю возникновения и развития танков, а также свои взгляды на организацию бронетанковых войск Германии в будущем.
В книге я указывал, что в России насчитывается десять тысяч танков, однако против этой цифры возражали начальник генерального штаба Бек, а также цензура. Мне стоило большого труда добиться разрешения на опубликование этих цифр. Хотя я располагал данными о семнадцати тысячах танков у русских, но сам с чрезвычайной осторожностью подходил к опубликованию имевшихся сведений.
Практика тоже со скрипом пробивает себе дорогу.
Пока еще плохо устраняются конструктивные недостатки Т-3 и Т-4, которые должны изменить облик не только бронетанковых сил, но и всего вермахта. Недопустимы затяжки испытаний.
Наконец-то! Новые танки испытываются на Куммерсдорфском полигоне. Появилась надежда, что в 1938 году, несмотря на все преграды, в армию начнут поступать Т-3 и Т-4.
В последний день испытаний, прошедших при моем участии, в Куммерсдорф прибыл Гитлер. Он был доволен скоростью Т-3 — пятьдесят километров в час, тридцатимиллиметровой броней, надежно защищающей экипаж от огня крупнокалиберных пулеметов и снарядных осколков. Особенно понравилась фюреру семидесятипятимиллиметровая пушка танка Т-4, хотя пушка короткоствольная и стреляет малоэффективным навесным огнем.
1938 год начался неожиданным присвоением мне звания генерал-лейтенанта и приглашением в Берлин для беседы с Гитлером. Меня назначили командиром 16-го армейского корпуса.
Я принял дела корпуса от своего уважаемого предшественника генерала танковых войск Лутца. Начальник штаба корпуса — полковник Паулюс. Его я хорошо знаю в течение ряда лет как умного, добросовестного, старательного и глубоко мыслящего офицера генерального штаба. Мы с ним работаем в полном согласии.
1 сентября 1939 года в 4 часа 45 минут мой корпус перешел польскую границу, развертываясь в боевые порядки.
Опыт боевых действий в Польше вскрыл серьезные упущении главного командования сухопутных сил.
Легкие пехотные дивизии представляют собой неполноценные соединения. Их следует реорганизовать в танковые дивизии.
Моторизованные дивизии слишком громоздки по своему составу. Из них собираются изъять по одному пехотному полку.
А больше всего меня беспокоит чрезвычайно медленное перевооружение танковых полков машинами Т-3 и Т-4. Эта медлительность — следствие все еще недостаточной производственной мощности промышленности, неповоротливости главного командования сухопутных сил, которое все еще медлит с оснащением войск новыми типами танков.
