─ Нет, черт возьми. Тюрьма слишком хороша для таких, как он. Пусть лучше гниет в аду, чем всю оставшуюся жизнь живёт за счёт государства. К тому же, ─ говорит она, ее голос приобретает жесткий оттенок, ─ он все равно нашел бы способ контролировать ситуацию изнутри. Всегда найдутся люди, готовые выполнять приказы заключенных. Вы с Зетом все равно были бы в опасности.
Не знаю, осознает ли она, что включила Зета в круг людей, о которых она заботится, но от того, что она это сделала, мне хочется плакать. Я знаю, что до этого еще очень далеко, но я почти вижу будущее, в котором Пиппа не только поддерживает мои отношения с человеком, которого считает единственным виновником разрушения моей жизни, но, возможно… возможно, он ей даже понравится. Это, конечно, маловероятно, но мне следует быть оптимистом в таких делах. Иначе я сойду с ума.
В полдень Майкл возвращается домой с синяком под глазом и разбитой губой. Пиппа вскакивает с дивана, когда он, спотыкаясь, входит в дверь, все еще одетый в спортивный костюм, пропитанный кровью.
─ Боже, это твоя кровь? ─ задыхаясь, спрашивает она.
Майкл поднимает одну бровь при виде Пиппы в The Regency Rooms.
─ Не вся, ─ говорит он. И затем, обращаясь ко мне: ─ Где босс? Он уже вернулся?
Я качаю головой.
─ Я звонила ему какое-то время назад. Он не ответил. Я подумала… подумала, что ему нужно побыть одному.
По правде говоря, мне было немного обидно, что Зет проигнорировал мой звонок, вместо того чтобы поговорить со мной, но я знаю, как ему сейчас тошно. Он решает свои проблемы единственным известным ему способом ─ поджигая здания, и бог знает, что еще. Лучше не гадать.
─ Он вернется до наступления ночи. Он поклялся, что вернется, ─ говорит Майкл.
─ А Хулио? Что случилось с Хулио и Ребелом?
Майкл бросает осторожный взгляд в сторону Пиппы.
─ Думаю, мне не стоит сейчас вдаваться в подробности. Достаточно сказать, что все проблемы Ребела теперь решены. И нам больше не нужно беспокоиться о Хулио.
Наверное, он прав. Пиппа не знает и половины того дерьма, в которое вовлечен Ребел, да и я тоже не знаю многого. Честно говоря, я и не хочу знать. Если Майкл в порядке, я с удовольствием оставлю этот разговор на потом. Судя по его тону и непререкаемости слов, Хулио Перес мертв, как и Чарли Холсан, и это все, что мне нужно услышать.
─ Однако, есть одна вещь, ─ говорит мне Майкл, присаживаясь на один из табуретов за стойкой для завтрака. ─ Твоя сестра.
Несмотря на все, что произошло, несмотря на то, что почти во всем этом бардаке виновата она, мое сердце подпрыгивает в горле.
─ Что? Что случилось? Она в порядке?
Майкл кивает.
─ С ней все в порядке. Однако она здесь, в Сиэтле. И… она хочет тебя видеть.
На ум сразу же приходит Лэйси. Я долгое время считала ее сестрой, прошло меньше суток с тех пор, как мы ее похоронили, и сейчас кажется, что боль от ее потери никогда не утихнет. Я потеряла сестру, но у меня есть еще одна ─ живая. Следует ли мне по-прежнему злиться на Алексис? Да. Смогу ли я когда-нибудь простить ее за то, что она заставила меня пережить? Не знаю. Но значит ли это, что я должна навсегда вычеркнуть ее из своей жизни? Мой отец знал, что она жива, а мы с мамой разрывались на части, переживая за нее, а потом боялись, что она умерла. Папа сказал, что я не знаю версию Алексис ─ у нее были причины для того, что она сделала. Может быть, пришло время выслушать её рассказ. Сама мысль об этом приводит меня в ярость ─ как будто может существовать достаточно веская причина, ─ но полагаю, что со стороны моим родным и близким будет так же трудно понять мою ситуацию. Уверена, что Пиппа подтвердит это.
─ Ладно, хорошо. Я встречусь с ней. Но… но не сейчас. Мне нужно еще немного времени. ─ Мне нужно, чтобы мое сердце перестало болеть. Мне нужно чтобы мой мир перестал разваливаться на части. Майкл молча кивает ─ парень выглядит совершенно измотанным, словно только что пробежал марафон. ─ Что-нибудь зашить? ─ спрашиваю я.
Всегда необходимо что-то зашивать. Но Майкл потягивается и поднимается с табурета, направляясь к холодильнику. Он достает три бутылки пива, скручивает с них пробки и передает одну мне, другую ─ Пиппе. Я не видела, чтобы Пиппа пила пиво, тем более пиво из бутылки, но она принимает его с благодарность.
─ Мне не нужны швы. Мне нужно напиться, ─ говорит Майкл. ─ Мне нужно набухаться до беспамятства. И теперь, когда мы избавились от Холсана и Переса, думаю, мы заслужили ночь отдыха. И… и я хочу выпить за нашу девочку.
Я собиралась возразить против того, чтобы надраться в хлам ─ сама идея казалась безрассудной, ─ но как только Майкл заметил, что нам больше не нужно беспокоиться о боссах мафии, и упомянул о Лэйси, все сомнения улетучились. Я поднимаю свою бутылку пива и протягиваю к нему, чтобы чокнуться.
─ За Лэйси, ─ говорю я.
─ За Лэйс, ─ добавляет Майкл.
