Она заметила, что бутылка шампанского почти опустела, и дала мне знак заказать еще одну. Я огляделась, пытаясь подозвать кого-нибудь из неприступных официантов, но от разговора не отвлеклась.
Хьюго ухмыльнулся.
– Нравитесь вы мне, Сильвия. Вы – человек прямой, это такая редкость среди всей этой… глупой показухи на Круазетт.
Он показал рукой на террасу с охорашивающимися старлетками и самодовольными мужчинами; некоторые из них так и остались вечером в темных очках.
– Я-то из другого бизнеса. У вас в Америке это называется недвижимостью. Так что я привык покупать что-то, зная наверняка, на сто процентов, что с годами стоимость этого возрастет. Но я знаю, что с кино дело обстоит по-другому.
– Совсем по-другому, – сухо сказала Сильвия.
– Я инвестировал в фильмы и мало чего за это получал. Понимаю. И все равно меня каждый год тянет в Канны – из-за фильмов.
Хьюго на секунду закрыл глаза. Когда он снова заговорил, его голос чуть ли не подрагивал, что в сочетании с британским произношением придало всему театральности.
– Ведь это все-таки
Он положил руку на сердце и покачал головой.
Как бы мелодраматически ни прозвучали слова Хьюго, мы купились. Мы отдали пять лет работе над фильмом, который кто-то посмотрит девяносто минут и сразу забудет. Нам такое безумие казалось убедительным.
– Так вот что я хотел бы предложить. Зандер, ты – большой талант, у тебя многое впереди, а вы, Сильвия и Сара, незаменимы в качестве его продюсеров. Команда у вас явно слаженная. В сущности, я бы очень хотел
Он переводил взгляд с Сильвии на Зандера, с открытыми ртами ждавшими, когда Хьюго продолжит.
– Считайте это долгосрочной инвестицией. Меня не только один этот фильм интересует. Я вижу потенциал в
В глазах у Сильвии был необычный блеск. Там была и привычная проницательность, но я различила новое, ни на что не похожее свечение, сосредоточенное, как лазерный луч.
– То есть вы хотите сказать, что хотите инвестировать в компанию? – спросила Сильвия.
– Да, если угодно, слегка вас усовершенствовать. Я уверен, что ваш пятилетний план вполне основателен. Я хочу, чтобы он реализовался. Если мы снимем следующий фильм Зандера в этом году, а в следующем году он выйдет… Уж наверное, в другие пять лет можно вместить один-два новых фильма, возможно, телесериал. И это только Зандер. А другие ваши режиссеры – чем черт не шутит? Подумайте, сколько фильмов можно было бы сделать с таким финансовым вливанием.
– А чего вы хотели бы взамен? – спросила Сильвия, не сводя с Хьюго глаз.
– Ага, сразу к сути, – хохотнул он. – Деловая вы женщина, Сильвия… Ну, это долевая инвестиция. Само собой разумеется, участие в собственности компании…
– А какое отношение к делам компании вам бы хотелось иметь?
Это было самое главное, вопрос, тяготевший над встречей все то время, что мы сидели среди болтовни и пианинных наигрышей, выпивая это шампанское этим вечером с этим человеком. Я не знала, станет ли Сильвия хотя бы думать о том, чтобы частично передать этому чужаку бразды правления компанией, которую она пестовала годами.
Хьюго посмотрел ей прямо в глаза.
– Я бы хотел иметь к ним самое непосредственное отношение. Чего тут скрывать. Я уже не первый год ищу хорошую продюсерскую компанию, чтобы в нее инвестировать. Компанию, которая может находить таланты высшей пробы, разрабатывать хорошие проекты, которой эффективно управляют… Вы удивитесь, но таких – единицы.
Сильвия улыбнулась нам с Зандером, без слов отдавая должное нашему вкладу.
– Я лично в Каннах сижу тихо, – признался Хьюго. – Знаете, сколько алчных режиссеров с продюсерами ломилось бы ко мне в дверь – с моими-то средствами? Но в вас – Зандер, Сильвия, Сара – я инвестировать хочу. Вы ребята что надо.
Зандер не отвлекался.
– Если бы ты это сделал, Хьюго, то какую роль хотел бы играть в производственном процессе?
Зандер меньше всего хотел бы, чтобы этот магнат лез куда ни попадя, мутил его творческие замыслы.
Но Хьюго знал, что на это сказать.
– Ты, Зандер, – творческий дух всех своих фильмов, и вторгаться в эту сферу я не собираюсь. Я слышал, что Сара великолепно работает со сценариями, а Сильвия, разумеется, – госпожа, без которой ничего этого не было бы.
Он кивнул и посмотрел на нас по очереди.
– Вы имеете все основания оберегать то, что создали. Но послушайте, дайте себе на минуту волю. Подумайте, чего сможете достигнуть при усиленном финансировании.
