Если жизнь превращается в постоянный смертельный риск, а дорога домой становится в дорогой выживания. Когда ты можешь надеяться только на своего друга, и на то, что не подведёт оружие. Приходит ОНА! Совершенная защита!
Мантикора приготовилась к прыжку. Она прижалась к земле и подалась немного вперёд. Перевитые мышцами, словно канатами, лапы подрагивали от напряжения, как будто зверь накапливал в них силу, чтобы совершить стремительный и смертельный рывок. Длинный и мощный хвост, заканчивающийся острой костяной иглой, как маятник метронома, двигался из стороны в сторону. Я, стараясь не моргать, смотрел ей прямо в застывшие жёлтые глаза, в которых пульсировал вертикальный зрачок, и ждал. Всем было известно, что, если уж ты встретился взглядом с этой хищницей, не моргай! И чем дольше ты сможешь выдержать, тем дольше проживёшь.
Я усмехнулся: «Ну уж нет, подруга! Зря ты выбрала меня предметом охоты, ох, зря! Не повезло тебе. Ты, конечно, можешь меня достать!.. Но не в этот раз. И не в следующий!.. Не ты первая и не ты последняя…» И я моргнул!
Моргнул специально, чтобы мантикора начала действовать. Зверь купился на провокацию и ударил хвостом. Она всегда первый удар наносит хвостом. Мне это было известно. Раздался свист пронзающего воздух острия, и я, стремительно пригнувшись, перекатом ушёл в сторону. И уже выходя из кувырка и поднимаясь на ноги, почти не глядя, рубанул мечом… Правки не требовалось. Хвост зверя вонзился в ствол дерева, возле которого я стоял, и увяз в нём своим острым концом. Ну а мне оставалось его только перерубить, что я и сделал. Не впервой, знаете ли.
Лишившись хвоста, мантикора, завывая, крутилась на одном месте, взрывая когтями землю, напрочь забыв и про меня, и про охоту. Она вообще больше ни на кого не обращала внимания. Хвост для неё – основа существования; лишившись его, она полностью теряла ориентацию и не знала, куда ей бежать и что делать. Меня всегда интересовал вопрос: почему при наличии впечатляющих клыков и мощных когтей это, в общем-то, умное создание так безрассудно и бесстрашно использует столь ценный для её жизни инструмент?!
Из-за соседнего дерева выглянул Серый и вопросительно уставился мне в глаза.
– Всё нормально, братан, – улыбнулся я, убирая меч за спину, – как обычно, даже не поцарапался!
Серый хмыкнул и, пожав плечами, направился в сторону скал. Я вздохнул и, поправив разгрузку, потопал следом за ним. Не время сейчас победу праздновать. Впереди дорога долгая.
Серый бодро топал метрах в пяти впереди меня и настороженно вертел головой во все стороны. В этих местах только так и надо ходить. Нельзя идти рядышком друг с другом, как бы тебе этого ни хотелось. Нельзя идти друг за другом ближе, чем в пяти метрах. Иначе и в том, и другом случае сразу обоим можно запросто стать добычей какой-нибудь твари.
Вот как сейчас!.. Я, одновременно с прыжком Серого в сторону, рванул из закреплённой на бедре кобуры обрез двустволки и всадил картечью сразу из двух стволов в гибкое тело здоровенного верёвочника, подобравшегося близко к тропе и ожидавшего беспечного путника.
– Да, не повезло тебе, – пробормотал я и толкнул ногой длинное подрагивающее щупальце, усыпанное острыми шипами, – ползал бы по своим владениям, живым бы остался. Вот что тебе тут надо было? Жрать что ли захотел?!
Подошёл Серый и тоже осторожно, чтобы не уколоться о шипы, потрогал верёвочника.
– Ещё немножко и ты бы попался! Пора бы, перестать быть таким беспечным! – сказал я и с укоризной уставился на друга.
Тот, не отрывая взгляда от верёвочника, почесал себе ухо и, сверкнув в мою сторону карим глазом, снова пожал плечами. А потом, перепрыгнув через шипастое тело, направился дальше. Ну вот что с ним делать? Вроде бы и не молоденький уже. Усы вон какие отрастил! Пора бы и думать начинать.
Привал решили устроить на крыше древней разрушенной башни. Она была не очень высокой, но стены у неё были мощные, гладкие, отлитые из бетона, который со временем приобрел крепость камня. По таким стенам ни одна зверюга не взберётся. Если, конечно, что-то летающее не нагрянет.
Пока Серый внимательно осматривался, я прислонил к стене длинную широкую доску, на которой по всей длине были набиты бруски, и по этой импровизированной лестнице забрался на второй этаж. Подождал, пока заберётся Серый, и опять повторил процедуру, прислонив лестницу к пролому в потолке. Оказавшись на крыше, доску задёрнул наверх. А то мало ли кого нелёгкая в гости занесёт!..
На самом деле мы забрались не на крышу, а на разрушенный чердак, над которым оставался целым небольшой участок из толстых досок. Под этим навесом при случае можно было укрыться не только от дождя, но и от какой-нибудь летающей заразы, которая вздумает полюбопытствовать, кто это там, в теньке, спрятался.
Я пристроился на небольшой чурочке, неизвестно как попавшей на чердак, удобно откинулся на стену, вытянул ноги и прикрыл глаза. Хорошо. Спокойно. Пока никто не нагрянул, надо бы перекусить, а то потом времени может и не быть. Обстановка здесь меняется очень быстро. Не успеешь оглянуться, как на тебя уже кто-нибудь охотиться начнёт.
