Но вернемся к Блэнкеншипу. В свете описанных ранее событий его смерть не так уж и загадочна. Этот человек по своей собственной неосторожности проник в чужую тайну. Он обнаружил под островом следы присутствия на нем сталинских эмиссаров, причем следы прямо-таки не соответствующие облику так упорно рекламируемого коммунистами советского светлого будущего, нелицеприятные, одним словом. Но Блэнкеншип, испугавшись собственного открытия и убравшись с Оука, не угомонился. Проигнорировав печальную судьбу Гопкина и Шеффилда, смерть которых могла служить ему откровенным предупреждением, что б не лез со своей бурильной трубой больше в подземную пещеру, раздираемый противоречивыми чувствами — с одной стороны паническим страхом перед расправой со стороны КГБ, а с другой стороны тщеславным желанием раздуть всемирную сенсацию — он все же делает глупое заявление о том, что ему-де наверняка известно нечто такое, что поможет прищемить хвост большевикам, причем не только нынешним советским коммунистам, а всему мировому коммунистическому движению в целом.
На что он рассчитывал — непонятно, однако он не учел того факта, что с такой пешкой, какой по сути он являлся, расправиться было гораздо проще, чем в свое время с Троцким, например. Все так и вышло, на этот счет у нас имеется еще одна хорошая поговорка: назвался груздём — полезай в корзину!
Банкротство японской компании, собравшейся в 1983 году порыться на Оуке, также не может вызвать никакого удивления. Вероятно, высшему руководству СССР даже спустя полвека не улыбалась перспектива отвечать за грехи своих хитроумных и неразборчивых в средствах предшественников. Вспомним, что в том году у власти находился не кто иной, как сам Юрий Андропов — глава всесильной мафии, известной в мире, как уже говорилось, под устрашающим слух любого обывателя названием: КГБ. Что тому Андропову стоило обанкротить пару-тройку японских фирм для острастки других претендентов, чтобы не думали проявлять интерес к грязному белью коммунистической истории? Да ничего ему это не стоило. Зато после этого больше не появилось ни одного желающего заполучить сомнительные богатства таинственного Оука. А если кто-то все же и появился, то об этом никому ничего не известно.
…Вот и окончена наша история, и можно считать, что она поставила последнюю точку в двухвековой протяженности споре относительно сокровищ блистательного Оука. Для полной картины остается уточнить еще некоторые детали, однако думается, что с этим заминки не выйдет. У Герберта Фрейзера, по его собственному заявлению, есть сведения, что наконец-то окончательно найдены загадочные "записки" Устюжина, пролежавшие более полувека в архивах КГБ в Москве, а также документы, проливающие свет на дальнейшую судьбу Мюллера и Оппельбаума. Он послал запрос в правительство Российской Федерации по поводу предоставления копий всех этих документов в его распоряжение, однако ответа еще не получил, хотя прошло уже порядочно времени. Фрейзер уверен, что его запрос просто попал в мясорубку вездесущей российской бюрократической машины, а не натолкнулся на непробиваемую и всепоглощающую стену, воздвигнутую некими таинственными силами, для которых обнародование некоторых старых дел порой так же смертельно, как и многие нынешние разоблачения.
Впрочем, отчаиваться Фрейзер нисколько не собирается. Недавно он получил послание от одного бывшего советского разведчика — майора КГБ (проживающего в США с 1968 года), в котором он заверяет, что готов поделиться с сведениями о предпринятой Сталиным в 1929 году экспедиции за сокровищами Оука. В свое время этот человек имел доступ ко многим советским архивам, и ему наверняка известно, где и что нужно искать. Кроме того он утверждает, что знает местонахождение