Наконец наступил день, когда вода ушла из западной части подземелья, примыкающей к пустыне, позволив начать обследование подземных штреков. Исследователи понимали, что в их распоряжении всего несколько коротких часов, и потому приходилось поторапливаться. Вооруженные мощными аккумуляторными фонарями, они быстро продвигались по сочившимся морской водой коридорам и галереям, заглядывая в каждую щель и выискивая что-нибудь достойное внимания. Они ужасно рисковали, ведь у них не было абсолютно никакого плана этого яруса, и в любой момент они могли заблудиться, хотя и приняли все меры предосторожности — они были вооружены самым верным, хоть и примитивным средством: мотком прочной рыбацкой снасти.
На исходе первого часа путешествия Банам сделал еще одну малообнадёживающую находку — перочинный нож со сломанным лезвием и затёртой надписью на рукоятке, сделанной по-английски: "PORT-ROYAL"… Было ясно, что в этой части катакомб уже кто-то побывал до египтян, причем уже в нынешнем веке, и даже может быть и в этом десятилетии. Разочарованный Хаши подал здравую мысль о возвращении, но его патрон и слышать об этом не хотел — казалось, он готов был погибнуть в этих катакомбах, но отыскать хоть что-нибудь, способное утолить его жажду открытий, которая увеличивалась прямо пропорционально опасности быть похороненными ворвавшимися в подземелье водами прилива. Когда путеводная бечева кончилась, сообщив исследователям, что они отмахали по подземному лабиринту почти целую милю, Банам наконец сдался.
Измотанные путешественники повернули назад, и тут обнаружили незамеченную ранее штольню. В запасе еще оставалось немного времени, и потому было решено ее обследовать хотя бы на десяток метров вглубь. Узкий ход привел Банама и Хаши в поразительно сухой штрек, и Банам предположил, что этот штрек находится выше уровня самого высокого прилива. Заканчивался этот ход небольшим помещением, в котором обнаружился пустой мраморный саркофаг, расписанный древними письменами. Банам кое-что смыслил в древних восточных письменах, и без труда определил, что саркофаг имеет греко-египетское происхождение, то есть был сделан в Александрии в пору расцвета эллинской культуры, то есть в III–I веках до нашей эры…
Тем временем Хаши стал разгребать кучи мусора, сваленные вдоль стен помещения, и внезапно обнаружил плоский деревянный ящик, в котором находилась тщательно упакованная в брезентовую ткань кипа папирусных и пергаментных свитков. Прихватив с собой этот сверток, исследователи поспешно ретировались, и вовремя: как только они выбрались на поверхность, катакомбы стало заливать.
Уже дома Банам попытался расшифровать тексты на свитках, и это в некоторой степени ему удалось. Папирус прекрасно сохранился, потому что был обработан каким-то консервирующим средством, неизвестном ныне. Тексты были написаны по древнеегипетски, на языке, ключ к которому был найден еще в прошлом веке бессмертным Шамполионом[73], и оказалось, что это своеобразные руководства по мумифицированию тел древних фараонов, написанные целыми сотнями поколений придворных мумификаторов, начиная еще со времен Древнего Царства, отстоящего от наших веков чуть ли не на шесть тысячелетий… Как только доктор понял, какое богатство попало в его руки, он решил использовать его со всем своеобразием, на какое только был способен его неординарный разум.
Конечно, папирусные свитки эти уже сами по себе стоили немало, однако это был сущий пустяк по сравнению с тем, ЧТО мог выжать предприимчивый египтянин из этих технологий древних. Учитывая огромный спрос европейцев, американцев, а впоследствии и японцев на египетские мумии, было решено наладить производство этих самых мумий из вполне доступного "сырья", которое можно было брать прямо с городских кладбищ, не привлекая к этому ненужного внимания. Предприятие процветало несколько лет, вплоть до того самого момента, когда "фабрику" не накрыла полиция. Ад Хаши не имел представления о том, что именно послужило причиной такого страшного провала, но ему несказанно повезло — "свободные офицеры" не добрались ни до него, ни до его книг, и поэтому столь прибыльное дело можно было успешно продолжить в любом конце света, там, где можно было беспрепятственно и в неограниченном количестве добывать свеженькие трупы…