Инженер научно-производственного центра находится в бегах: он спасает себя и свою семья от надвигающейся катастрофы. Последняя разработка гения современности – чудаковатого Нила Мастерсона, призванная спасти мир от несовершенства, вот-вот выйдет из-под контроля. Что же окажется страшнее – быть частью несовершенного мира или пытаться его спасти?
Мелисса заканчивала вытирать посуду, разложенную на полотенце, когда дверь их квартиры распахнулась, и в коридоре послышались торопливые шаги. Она нахмурилась, отложив тарелку с застывшими на ней капельками воды обратно на полотенце, и поспешила в коридор. В дверном проеме она почти что столкнулась лицом к лицу с мужем, от неожиданности ойкнув и сделав неловкий широкий шаг назад.
Марк стоял в проходе в верхней одежде и обуви, и ее взгляд машинально скользнул на грязные следы, оставленные им в коридоре. Потом она заметила в его руках большую спортивную сумку. Мелисса открыла было рот, не зная, собирается ли она спросить его, что такого экстренного происходит, что он ввалился в их кухню обутым, или сначала отчитать его за распахнутую с грохотом дверь в то время, как их сын уже спит в своей комнате, как муж отодвинул ее в сторону, непривычно сухо проговорив:
– Нет времени, объясню все в дороге.
С этим словами он подошел к буфету, где у них хранились припасы, и стал лихорадочно сметать пакеты и банки в сумку. Туда уже отправились пара упаковок крекеров, которые постоянно ел их сын, банка с красной фасолью и еще что-то, что издало в сумке звон, ударившись о консервы.
– Что, черт побери, происхо…, – но закончить она не успела. Распахнув дверцу холодильника, Марк, бесцеремонно шаря по полкам и опрокидывая часть продуктов, оборвал ее. – Собирай вещи, только самое необходимое, на три-четыре дня. Времени мало, через пятнадцать минут мы все должны быть в машине. Захвати пару игрушек для Тима – пригодятся в дороге. Но не больше.
Ошарашенная, Мелисса медленно двинулась из кухни в спальню, ощущая нереальность происходящего. С кухни доносились звуки открываемых шкафчиков, и по звону столовых приборов она догадалась, что теперь Марк обыскивает содержимое их кухонного гарнитура. Что еще он хочет взять? Открывашки для консервов, карманный фонарик, бытовую зажигалку? А может, кухонный тесак? (Марк работал инженером, и это было, пожалуй, единственное оружие во всем их доме, не считая пластмассовых пистолетов Тима, которые тот получил на Рождество). Она начинала все больше бояться того, что могло означать поведение мужа.
Вот уже четвертый год Марк работал в секторе, отвечавшем за разработку самых передовых девайсов и ПО. Если он собирается уехать на несколько дней, это значит, что-то случилось на производстве или, что еще хуже, в научном отделе. В отделе, где вместе с ее мужем работал это сумасшедший гений («
Ее размышления прервал голос мужа, раздавшийся за ее спиной.
– Да не стой же ты на месте, бери одежду и выноси ее в коридор. Я сам уложу все в чемодан – в багажник поместиться только один, так что ничего лишнего. Я сейчас разбужу Тима, – с этим словами он проследовал в детскую, все еще держа в руках заметно распухшую от припасов сумку.
Мелисса открыла шкаф и уставилась на полки. Куда они поедут? Взять с собой пару джинсов и свитера? А что взять для Тима? Она решила, что если не начнет двигаться и хоть что-то делать, то муж вернется, и на этот раз не сможет сдержаться и сорвется на крик. Она буквально заставила себя протянуть руки к одежде и бездумно сгребла пару брюк и кофт. Потом перешла к белью.
Из детской уже сыпались вопросы их четырехлетнего сына. Идею отправиться в путешествие, вместо того, чтобы до утра спать в своей кроватке, он воспринял с энтузиазмом. К тому времени, как она вышла в коридор, неся на руках небольшую охапку своей одежды и кое-что из гардероба мужа, Марк уже утрамбовал в чемодане выбранную наобум одежду Тима. Туда были свалены его летние брюки и комбинезон, из которого он наверняка уже вырос, теплая кофта на флисе и носки вперемешку с трусами. Она хотела было открыть рот, глядя на эту кашу из детской одежды, но вовремя себя отдернула.
– Документы у меня в рюкзаке, тебе осталось взять его игрушки, – бросил Марк, пробегая в свой кабинет. Там он принялся открывать один за другим ящик стола, вываливая на пол содержимое.
Тим тем временем беспомощно сидел в коридоре, удивленно переводя взгляд то на мать, то на отца, зевая и продолжая задавать вопросы, на которые никто не торопился отвечать. Мелисса подумала, что надо бы его переодеть в теплый костюм, когда сообразила, что сама еще не одета и опять направилась в спальню. Там ее взгляд скользнул по прикроватной тумбочке, и она поняла, что едва не забыла свою зарядку для телефона. «Вот дура», – выругала она себя. Ее мозг все еще отчаянно сопротивлялся мыслить связно.
Через пятнадцать минут они так и не собрались, зато через двадцать пять, под настойчивые крики Марка, они каким-то образом все же очутились возле машины с одним чемоданом, двумя сумками и сыном, который уже не задавал вопросы, а лишь зевал, растирая покрасневшие глаза.
– Ты не закрыл смену, – с беспокойством в голосе произнесла Мелисса, когда Марк выруливал с парковки на дорогу.