— Это уже не ваше дело. Вы подготовили капсулу для транспортировки и все, дальше мы уже сами. Можете выписывать его, больше он сюда с нынешней проблемой не вернется. Все необходимые документы вам уже присланы.
Слышу, как кажется мою капсулу куда-то покатили. Только через несколько секунд до меня окончательно доходит смысл сказанного, все же мозг работает откровенно паршиво, сказывается то что меня неслабо накачали чем-то. Куда меня везут и что это все значит?! Будь у меня возможность, начал тут же биться всем чем можно об капсулу, пытаясь выбраться. Но тела я не чувствую, так что могу биться только в панике.
— Он в сознании. — произнес все тот же голос, который разговаривал с доктором.
Ответ ему я не разобрал, но почти сразу думать стало гораздо сложнее. Еще несколько секунд борьбы с накатывающей сонливостью, и я ей проиграл.
Реанимационную капсулу с телом быстро выкатили из здания больницы и погрузили в неприметный автомобиль. Если бы у кого-то постороннего спросили, что тут произошло, то он сказал бы что какие-то техники забрали капсулу на обслуживание или ремонт.
— Как? — спросил Андрей Владимирович у своего помощника, который лично забирал тело парня, когда тот вместе с еще одним сотрудником оказались внутри машины.
— Все нормально. Капсула в транспортном режиме, довести должны успеть.
— Едем! — приказал Андрей Владимирович водителю.
— В лаборатории все готово? — спросил парень у своего начальника. — Вы расчеты проверили еще раз?
— Готово, Леш, ты же сам утром все подготовил. Над расчетами я просидел всю ночь проверяя каждую мелочь, все должно получится.
Пока начальник и подчиненный разговаривали, еще раз обсуждая все детали предстоящего дела, автомобиль быстро несся в сторону закрытой правительственной лаборатории, о существовании которой знали немногие. Остальные же принимали неприметное здание за очередной офис, пусть и на окраине города. Никто даже и не мог предположить, что под землей скрывается огромная лаборатория.
Еще полчаса, и капсула была доставлена, а тело парня перемещено уже в специальную медицинскую капсулу, переделанную под нужды лаборатории, и в которой будут проводится все необходимые манипуляции.
— Начинаем? — спросил Алексей у своего начальства.
— Да. — ответил тот и кивнул всем остальным членам команды, от которых зависит, без преувеличения, будущее лаборатории.
Если все получится — они будут работать дальше и их не закроют, а если нет… Деньги, все вечно упирается в них, загубив уже не один проект. Если они не предоставят в ближайшее время нормальные результаты, от которых можно отталкиваться и заинтересовать кураторов их проекта, то часть из персонала будет разбросана по другим проектам, а другая часть, которая слишком много знает и не захочет бросать текущий проект, уже больше никогда не покинет этих стен, оставшись навсегда со своим детищем, которому некоторые отдали не один десяток лет. Жестоко? Без сомнения — да, но никто не захочет рисковать, допуская даже теоретическую возможность того что результаты, достигнутые здесь, смогут попасть куда-то на сторону и там будут воспроизведены.
Отбросив все лишние мысли, Андрей Владимирович полностью собрался и сосредоточился на деле, включаясь в процесс окончательного доламывания тела невезучего парня. Ведь чтобы собрать заново, нужно вначале сломать.
Вернувшись в сознание, даже сразу как-то и не понимаю, что не так. Вот что-то изменилось, но вот что… Через сколько-то времени понимаю — в этот раз сознание кристально чистое, без всякого тумана и тяжелых мыслей, как было все разы до этого после моего попадания в больницу.
Я умер — первая мысль которая проскочила после осознания произошедших изменений. Нет, вряд ли, наверно все еще живой. Прислушиваюсь к окружающему пространству, пытаясь уловить хоть малейший намек на то что происходит. Но вокруг абсолютная тишина и это очень сильно тревожит.
Ведь что я помню? Помню, как меня кто-то зачем-то увез из больницы. И все, больше ничего, потом меня вырубили. Кто? Зачем? Не на один из этих вопросов ответов у меня нет. В голову лезет куча хреновых предположений.
Так ничего не услышав несмотря на все старания, пробую почувствовать свое тело. Вдруг меня забрали на операцию и починили? Мысль в чем-то отчаянная и оторванная от реальности, но все же… надежда умирает последней.
Что со слухом, что с попытками почувствовать тело результат одинаковый — никакой. И что мне делать? Опять лежать и ждать неизвестно чего? Как будто у меня есть выбор…
— Он пришел в себя. — раздался совсем рядом незнакомый мужской голос.
— Отлично, тогда можем начинать. — ответила ему уже женщина.
— Вы слышите нас? — спросил еще кто-то уже у меня.
И как мне ответить, он издевается?
— Вижу, что слышите. Мы считываем активность мозга. — произнес тот же кто и задавал вопрос. — Включаем его.
Включаете? Это что значит?!
— Могут быть неприятные ощущения, приготовьтесь. — произнесла женщина, обращаясь ко мне.
К чему приготовиться? Что вы со мной собираетесь делать?
