Короче говоря, ракеты в космос летать не могут, но они летают, и даже не всегда взрываются. Техника — это искусство невозможного.
Еще один важный принцип инженерного мышления состоит в том, что настоящий инженер никогда не воспримет неудачные результаты первых опытов в качестве свидетельства того, что задача неразрешима и поиски решения следует прекратить. Наоборот, неудачный результат приближает нас к решению задачи еще на один шаг, показывая нам в чем мы ошиблись, помогая нам глубже понять условия задачи. Помните тот замечательный эпизод в фильме «Укрощение огня», когда чиновник спрашивает у Главного Конструктора: «Почему у Вас ракеты взрываются?» — «От недомыслия.» — отвечает Главный. А затем объясняет опешившему от подобной «наглости» чиновнику, что недомыслие — это нормальный этап процесса познания.
Попытаюсь еще раз подытожить все вышесказанное: · У людей должны быть социальные идеалы — свобода, равенство возможностей, отсутствие в отношениях между людьми насилия и агрессии по отношению друг к другу, и т. п. Они могут быть недостижимы в чистом и абсолютном виде, но не надо бояться ставить перед собой задачу к ним приблизиться. · Следует стараться решать такие задачи не методом принуждения или промывания мозгов (поскольку такие методы не приближают, а наоборот отдаляют нас от идеалов), а посредством выхода к новым ресурсам и возможностям с помощью техники. Необходимо сделать общество богаче ресурсами и возможностями, увести его как можно дальше от той точки, где нет выбора, где возможны только социально-психологические решения. Только богатое общество может позволить себе быть свободным. · Создавая новую технику, следует помнить о том, что неразрешимых технических задач не существует, есть только задачи, решение которых мы пока еще не нашли. · Неудачная попытка не есть повод для отчаяния. Наоборот, она несет в себе огромное количество информации о том, что мы сделали неправильно. Наша задача состоит в том, чтобы проанализировать эту информацию, понять, в чем состояла наша ошибка, и в следующий раз ее не повторять, а вовсе не в том, чтобы прекратить все попытки движения к поставленным идеалам.
Вопреки широко распространенному (как среди коммунистов, так и среди антикоммунистов) мнению, коллективизм, на мой взгляд, не является неотъемлемым и обязательным признаком коммунизма. И говорю я это не только для того чтобы привлечь на сторону обновленной советской идеологии ту часть советского народа, которой надоело «ходить строем». Я не считаю коллективизм самоцелью (быть вместе только для того, чтобы быть вместе на мой взгляд довольно глупо), а рассматриваю его всего лишь как средство, которое могло использоваться для достижения основных целей в определенные исторические эпохи. У меня есть большие сомнения относительно эффективности этого средства в наступающую эпоху все большей индивидуализации личности.
