А между тем протрезвевший Суклетин нашел Углова и попытался убить. Он заманил его к себе и ударил по голове бутылкой из-под шампанского. Углов был оглушен, но сознания не потерял и смог убежать. Кто-то отвез его в Зеленодольск, в больницу, где пьяница снова повторил свой страшный рассказ. Теперь уже органы милиции не могли закрыть глаза на происходящее. Они пришли в дом Суклетина, но на этот раз пить чай не стали, а устроили обыск, который немедленно дал результаты. Нашли разлагающиеся части тела Лидии Федоровой, перекопав сад, собрали четыре мешка человеческих костей, в подсобном помещении нашли полведра топленого человеческого сала. Алексей Суклетин был арестован, а спустя несколько часов арестовали и Мадину Шакирову.
Когда жители Васильево узнали, что Суклетин – убийца и людоед, они сожгли его дом, а на его месте устроили свалку.
О своих преступлениях маньяк рассказывал с удовольствием и в подробностях, заявляя, что очищал общество от маргиналов. Он утверждал, что свою первую жертву есть не планировал: сварил ее мясо, чтобы накормить собаку, и решил попробовать сам, так как был сильно пьян. Ну а Мадина Шакирова говорила другое: по ее словам, людоед испытывал наслаждение в момент убийства, превращаясь в «настоящего зверя» и «сатану». Она рассказывала, что Суклетин смотрел на женщин только как на источник мяса, а ее саму пытался трижды убить. Он часто мечтал, как жестоко изнасилует и убьет какую-нибудь интеллигентку, но знакомиться с такими женщинами боялся. Мадина время от времени принималась плакать и твердила, что не может жить среди людей, даже просила ее казнить.
Судебно-психиатрическая экспертиза установила вменяемость Суклетина, хотя он пытался разыгрывать сумасшествие. На вопрос, боится ли он Бога и Страшного суда, маньяк ответил:
– Ха-ха, что мне бог! Я сам себе и бог, и дьявол! Смерти я вообще-то боюсь. Неохота сейчас подыхать, мало еще пожил. А катись-ка ты со своим Страшным судом!
В СИЗО маньяк пытался добиться авторитета среди заключенных, хвастался количеством жертв и тем, что он людоед, но понимания не нашел и вновь оказался «опущен». Суклетин сознавался в 15 убийствах, но требовал по 50 рублей, сигареты и чай за выдачу останков каждой жертвы. Не получив деньги за очередное признание, поначалу отказался говорить, а потом принялся рассказывать о преступлениях, которых не совершал, но следователи довольно быстро доказали, что он специально затягивает дело, чтобы отсрочить наказание.
Ему предъявили обвинение в 20 убийствах, но доказали только семь.
Объем материалов дела составил 19 томов. Мать Суклетина в ужасе отреклась от сына.
Суд длился около месяца. Суклетин вел себя спокойно, с видимым удовольствием рассказывая о своих злодеяниях. Маньяк до последнего не верил, что будет расстрелян, считая, что его не накажут за убийство проституток и пьющих женщин. Расчеты не оправдались: маньяк был приговорен к исключительной мере наказания – смертной казни через расстрел. В конце июня 1987 года в Казани приговор был приведен в исполнение.
Для Мадины обвинение также просило высшую меру. Но адвокат настоял на том, что сама она никого не убивала, и суд ограничился 15 годами лишения свободы в колонии строгого режима. В тюрьме ей жилось плохо: сокамерницы ненавидели ее, прозвав «Дина-мясорубка», и всячески над ней издевались. После освобождения Шакировой семья не приняла ее, и женщина уехала туда, где ее никто не знал.
Конечно, перечисленные насильники и убийцы – это только малая часть нелюдей-серийников, убивавших советских людей. Статистика по таким преступлениям была засекречена, в прессу проникало очень мало информации.
В 1957–1958 годах в городе Чапаевске и его окрестностях, в Красноярском районе и в пригороде Новокуйбышевска, шофер Александр Найденышев в извращенной форме изнасиловал более десяти совсем юных девушек и девочек, а двух – убил. Чтобы не быть узнанным, маньяк надевал маску. За свои преступления маньяк был расстрелян.
В середине 1970-х в Анапе ранее судимый Сергей Горбунов нападал на женщин, бил их по голове молотком и насиловал. Почти полгода местные сыщики охотились за хладнокровным преступником.
В 1985 году в Ростовской области отвергнутый возлюбленной тракторист Сергей Бритковский принялся сжигать на кострах юных девушек. Он едва избежал самосуда, но был приговорен к высшей мере.
Во второй половине 1980-х в Крыму Варлагин Александр убивал таксистов, чтобы «заработать» на свадьбу.
В начале 1990-х на санкт-петербургских чердаках находили девушек, задушенных Эдгаром Берзиньшем.
1970–1980-е и далее – это время расцвета серийных преступлений. То, что ранее было редкостью, постепенно становилось статистикой. Обычно явление принято объяснять последствиями войны: пережившие насилие родители бессознательно вымещали это переживание на своих детях, нанося им обиды, за которые потом эти дети принимались мстить всему миру.
