– Тебе надо перестать одеваться так бедно, ты похожа на кметку, – сказал он, и меж бровей залегла морщина.
– Я и есть кметка, – Даре было непонятно его недовольство.
– Пора об этом забыть. Ты же теперь дочь знатного троутосца, разве нет? У тебя слишком простая одежда для знатной господицы. Нужны меха, шёлк, золото. Я подумаю, как можно тебя преобразить, – он посмотрел так внимательно, как если бы в первый раз её увидел. – Тебе пойдёт зелёный. И изумруды, да, точно, изумруды…
Дара не знала, что сказать, она растерялась от неожиданной заботы.
Когда они уже собрались выходить, их остановил старик, который ранее пустил их в дом.
– Господин, могу я поговорить с тобой наедине? – негромко попросил он.
– Это срочно? – Милош растерянно оглянулся на Дару.
– Это то, о чём ты просил предупредить, как только…
– Ладно, сейчас, – перебил его Милош и обратился к Даре: – Подождёшь на улице?
Она пожала плечами с равнодушным видом.
– Я сама дойду до дома.
В зелёных глазах мелькнуло беспокойство, но дело, о котором говорил старик, показалось Милошу важнее.
– Я постараюсь поскорее догнать, – пообещал он, но Дара отчего-то не поверила.
Она вышла из дома, оглядывая пустую улицу. За поворотом звучала песня, и Дара поспешила на звук. Она шла быстро, не всматриваясь в лица прохожих, и когда до того места, где она в последний раз видела сестру, осталось немного, кто-то схватил её за плечо. Дара резко вырвала руку, обернулась и застыла на месте.
– Доброй ночи, – приветствовала её Чернава.
Ведьма была одета в старый тулуп, висевший на ней мешком. Обмотанное серым платком лицо показалось болезненно худым.
Дара не сразу смогла совладать с нахлынувшими чувствами и долго молча прожигала её взглядом.
– Что ты здесь делаешь?
– Есть новости от Михала.
Дара покрутила головой, чтобы убедиться, что никто за ними не следил.
– Какие ещё новости? – прошептала она. – Он же мёртв.
– Кажется, он действительно успел проболтаться о нас тогда в храме. Охотники ищут двух ведьм, они не знают, как мы выглядим, но им известен наш возраст.
– А имена? – сердце пропустило удар.
Чернава помотала головой.
– Кажется, нет. В любом случае мы не можем больше медлить. Нужно выполнить приказ Морены, тогда она нас защитит.
– А по-моему, сейчас нужно вести себя как можно более осторожно и вообще сидеть ниже травы тише воды. Ты хочешь, чтобы Охотники меня поймали?
– Дара, я понимаю твои опасения, но желаю тебе добра. Ты пытаешься жить обычной жизнью, но это невозможно. Разве тебе по вкусу прятаться и притворяться? Разве ты хочешь лечить болячки зажравшихся богачей до конца своей жизни?
Дара скривила губы и зло прошипела:
– Здесь не место для таких разговоров. Ты накличешь на нас беду.
– А где мне ещё с тобой говорить? Ты закрыла окно на чердаке…
– Потому что незачем прилетать в наш дом.
Чернава хотела сказать что-то, но запнулась. Дара заметила, как настороженно посматривали на них люди. Не стоило ругаться в Долгую ночь, когда все вокруг пели хвалу Создателю.
– Мне нужно вернуться к своим, – сказала Дара. – Оставь меня.
Но ведьма не отставала, вцепилась в локоть.
– Рано или поздно Морена решит отомстить. Ты не можешь избегать её вечно. Зато в уплату за службу она поможет тебе, защитит от Охотников.
– Как? Перебьёт их всех? – с сомнением хмыкнула Дара. – Тогда почему до сих пор этого не сделала?
– Если будешь сопротивляться, она тебя накажет.
– Одно проклятие я уже пережила, переживу и второе, – процедила Дара.
– Это не будет простым проклятием. Я говорю… – Чернава запнулась, когда мимо прошли две женщины со свечами. – Я говорю о гневе божества, не человека, Дарина. Может, Морена не так сильна, как прежде, но покуда стоят её капища…
– Так разрушь эти капища, – рассердилась Дара. – Ты сама говорила, что не служишь ей, а только пользуешься её силой. Что, выходит, брехала?
– Ничто не даётся просто так. Нам – сила, а богине – наша верность.
– Что-то я пока не чувствую никакой особой силы, – усмехнулась Дара. – Зато вот сила лесной ведьмы у меня точно есть. Хочешь, покажу на деле? – с угрозой прошипела она и выдернула руку.
Внутри всё клокотало от ярости. Дара прошла всего несколько шагов, когда Чернава вновь схватила её за локоть и попыталась остановить.
– Дара, умоляю, послушай! Я желаю тебе добра…
Слова её разбередили старые раны, выпустили на волю боль и гнев.
– Желаешь добра?! – с обидой воскликнула Дара. – Ты только пользуешься мной! Все, все мной пользуются, и никому нет дела до того, как будет лучше мне. У тебя нет сердца.
Блеснула злая улыбка:
– Яблочко от яблони…
– Не смей говорить со мной! Ты продала меня, продала собственную дочь!
Люди уже без всякого стеснения глазели на них, одни пятились в сторону, другие, напротив, прислушивались, алчные до чужого горя.
– Я сделала всё, чтобы ты оказалась в Совине, – процедила Чернава. – Я помогла тебе получить знатное имя…
– И втянула меня в… Навь тебя поглоти! Зачем я вообще с тобой говорю? Держись от меня подальше.
