— У неё нет ни машины, ни даже мотоцикла! Зачем ей гараж? — резонно возразил на проявленное мной недоверие Алёша Каин, — И будь у неё своя дача, тогда зачем бы она у моей матери нашу дачу арендовала⁈ — мстительно и даже с некоторым торжеством, позволил он себе возвысить на меня голос.
— Когда она у вас её арендовала? — едва не поперхнувшись спёртым в зобу дыханьем, напрягся я. — До смерти Водовозова или после?
— Не знаю! — безразлично буркнул Алёша Мордухаевич, — Не помню я. Да и какая теперь разница! — он демонстративно отвернулся от меня и принялся что-то высматривать в боковом окне.
У меня в момент вспотела спина. Боясь спугнуть ветреную блядь, в народных массах легкомысленно прозываемую удачей, я затаил дыхание. Так-то я и раньше временами верил в тупое пролетарское везение, но сам им избалован не был. Ни в этой новой, ни в той прошлой жизни. Почти всё, что я получал от бытия, мне каждый раз доставалось обильным солёным потом, а иногда случалось, что и кровью. Впрочем, справедливости ради следует признать, что порой эти выделения производились не моим организмом. Но, тем не менее, за все оказанные мне преференции, моя не шибко ласковая судьба-мачеха свои проценты получала с меня в полном объёме.
— Алексей, скажи мне, но только скажи честно и, как на духу! — ткнул я кулаком в бок своего пассажира, привлекая к себе его рассеянное внимание, — Ты как хочешь, чтобы я поступил с твоей возлюбленной бабкой? Скажу тебе честно, мне очень хочется её прибить к чертовой матери! Уж ты извини меня, Алёша, но мне совсем не нравится, когда всякие вороватые тётки по мою душу мокрушников подсылают! А те, в свою очередь, безо всякой совести и жалости бьют меня железом по голове. Я от этого начинаю дико звереть, друг мой Алексей! Говорю тебе, как есть, прощать её я не собираюсь! Так что выбирай, либо твоя Маня садится на нары, либо ложится в землю! — выдавая затянувшийся монолог, я не отводил глаз от любимца уголовной публики и престарелых женщин. Со всем прилежанием мониторя его настроение.
— Может, это не она их подослала? — с робкой надеждой в голосе, попытался заступиться за предмет своей страсти Алёша, — Сергей Егорович, поверьте, она не такая! А у вас и без неё, наверняка, других врагов немало! Ведь так? — отчаянно выпалил писатель-геронтофил, уставившись мне в глаза. Но, не выдержал моего сурового взгляда и отвёл свои зенки в сторону.
— Ты давай-ка не пизди, Алексей! Ты лучше меня знаешь, что она-то как раз именно такая! — не поддался я на примитивную иудейскую отмазку, — Эти злодеи мне сами вслух признались, что их ко мне твоя подруга направила! — не стал я таиться и играть в конспирацию. Не стал по той причине, что сейчас мне гораздо важнее было сэкономить время.
— Ты мне так и не ответил, куда будем определять твою подругу? — не отпускал я своего секретного пособника со строгого ошейника и короткого поводка. — На тюрьму или на кладбище? Решай, Алексей, как сейчас скажешь, так я и поступлю!
Пехотинец водочной мафии краснел, потел, но с ответом не торопился. На его упитанном лице блуждали всполохи жгущих его сердце переживаний. Они отчетливо выдавали горячечные юношеские мечты спирто-водочного афериста. Которому отчаянно хотелось и рыбку съесть, и анусом на кукан не попасть.
— Тогда уж пусть лучше в тюрьму? — неуверенно, то ли спросил, то ли высказал своё решение горе-любовник, — Я же всё равно её не брошу? — снова с какой-то непонятной мне интонацией, выразил кладовщик заботу о своей перезрелой зазнобе. — Буду к ней на длительные свидания приезжать!
— Насчет ваших длительных свиданий я не уверен! — не дав воспарить романтическому порыву ввысь, осадил я Алексея, — Для длительных свиданий брачные узы потребны! Официально и, как им полагается, в ЗАГСе оформленные. Аферист-романтик снова опечалился и погрузился в депрессивную задумчивость.
А я, заручившись принципиальным согласием Алексея, уже надёжно предавшим свою пассию, с чувством глубокого удовлетворения повернул ключ в замке зажигания. Нам надо было поспешать и, не теряя времени ехать к ближайшему телефону-автомату. Сначала, не шибко мудрствуя на этот счет, для важного звонка я хотел проехать в опорный к Нагаеву. Чтобы без лишних ушей и суеты вокруг уличного автомата Алексей мог спокойно отзвониться Ирсайкиной на «ликёрку». По нынешним бескомпьютерным временам отследить и зафиксировать телефонный контакт между двумя абонентами невозможно. Разумеется, только в том случае, если хотя бы в отношении одного из них в данное конкретное время не проводится ОТМ. То бишь, оперативно-техническое мероприятие. А таковых, я был уверен, не проводилось. Как по нагаевскому опорному, так и по складу спирта на «ликёрке». Просто по причине бессмысленности такой прослушки.
