После этого Парсонс стал быстро продвигаться в научных кругах. В 1944 г. его назначили главой Гарвардского социологического отделения, а спустя два года он основал и возглавил новое Отделение социальных отношений, которое включало не только социологов, ной различных других ученых в области социальных наук. К 1949 г. его избрали президентом Американской социологической ассоциации. В 1950-х и начале 1960-х гг., после публикации таких книг, как «Социальная система» (1951), Парсонс стал авторитетнейшей фигурой в американской социологии.
Однако к концу 1960-х гг. Парсонс подвергся критике учеными зарождавшегося радикального крыла американской социологии. Его считали политически консервативным, и его теория рассматривалась как в высшей степени консервативная и не представляющая из себя почти ничего, кроме тщательно проработанной схемы классификации. Но в 1980-х гг. интерес к теории Парсонса возродился не только в Соединенных Штатах, но и во всем мире (Alexander, 1982–1983; Buxton, 1985; Camic, 1990; Holton and Turner, 1986; Sciulli and Gerstein, 1985). Холтон и Тернер, возможно, зашли дальше всех, утверждая, что «творчество Парсонса… представляет собой более мощный вклад в социологическую теорию, чем вклад Маркса, Вебера, Дюркгейма или любого их современного последователя» (1986, p. 13). Кроме того, идеи Парсонса оказали влияние не только на мыслителей консервативного направления, но также и на теоретиков неомарксизма, особенно Юргена Хабермаса.
После смерти Парсонса ряд его бывших студентов, сами значительные социологи, размышляли о его теории, а также о личности, которая за ней стояла (об относительно недавнем и глубоко личном воспоминании см. Fox, 1997). В своих размышлениях эти социологи предложили некоторые интересные мнения о Парсонсе и его творчестве. Несколько взглядов на Парсонса, воспроизводимых здесь, не дополняют последовательную картину, но демонстрируют некоторые дерзкие мнения об этом человеке и его творчестве. Роберт Мертон был одним из студентов Парсонса, когда тот только начинал свою преподавательскую карьеру в Гарварде. Мертон, ставший видным социологом, разъясняет, что в те годы аспиранты приходили в Гарвард, чтобы заниматься нес Парсонсом, а с возглавлявшим отделение Питиримом Сорокиным, которому предстояло стать заклятым врагом Парсонса:
