На моей стоянке торчали серые «жигули». Машина как машина, но достаточно было увидеть номер, как сразу стало ясно, что эти визитеры прибыли ко мне. Поставив свой мотор за «жигулями», я отправился к зеленому домику, где на моей половине приветливо светилось окно.
Их было двое: тощий молодой парень и толстяк лет пятидесяти, с блестящей, как медный котелок, лысиной. Тощий, стоя перед домиком, разглядывал стройку так, словно собирался завтра ее принимать. Плешивый возился с чем-то на трухлявых ступеньках перед входом. Приглядевшись повнимательнее, я заметил, что все доски были оторваны, а затем снова аккуратно прибиты. Остановившись в сторонке, я стал ждать, когда эти двое разъяснят мне, что тут ищут. Здороваться не стал.
Дохляк, скользнув по мне мимолетным взглядом, посмотрел вниз на площадку, словно желая удостовериться, не угнал ли я у них «жигули». Вряд ли он что увидел, было уже совсем темно.
— Вы пан Мартин? — Голос выдавал в нем педанта.
— Ну, — ответил я, не прибавив больше ни слова. Ясно как божий день, кто эти двое и зачем явились. Мне показалось глупым спрашивать их об этом или протестовать. Нынешний день выдался длинным и утомительным, я был всем сыт по уши. Мне хотелось лишь одного — лечь и уснуть. Но и этого мне не суждено.
Представившись лейтенантом Густом, педант приказал:
— Будьте добры, ключи от вашей машины. У нас есть разрешение на обыск. — Он сунул руку в карман.
— Не нужно, — устало произнес я, подавая ему ключи. Он взял их двумя пальцами и передал своему коллеге.
Оба зашагали по дорожке, негромко переговариваясь. Я полез в карман за сигаретами. Ничего не обнаружил — очевидно, сигареты остались в машине. Двинувшись следом за шушукающейся парочкой, я столкнулся с младшим лейтенантом.
— Минуточку, — сказал он. Вошел в мой домик, погасил свет и запер дверь. По привязанной к ключу бирочке я узнал запасной ключ, который обычно находился в столе у Рамоны. Это вам не грабители с отмычкой. Работали методично и знали, что им нужно. А я не знал. Но в этот момент мне было совершенно безразлично, почему они снова проводят обыск, который три дня назад уже бегло сделал Павровский. Догадайся я, в чем дело, может, сбежал бы и поиграл с ними в прятки на территории стройки, которую знал куда лучше, чем они. Мне даже пришло в голову: а не лучше ли просто собраться и уйти? Никто ведь не предупреждал меня, чтобы я не удалялся. Но было уже поздно. Младший лейтенант Густ, сунув ключ в карман, подошел ко мне.
— Пойдемте, — приказал он.
— Куда?
— У меня имеется распоряжение доставить вас на опрос. — Свои слова он подкрепил жестом. Я подчинился.
Поручик Павровский уже не выглядел таким наглаженным, как в последний раз. Он был без галстука, воротничок рубашки расстегнут и даже, как мне показалось, не слишком чист. Больше чем когда-либо он напоминал карточного шулера в пять часов поутру. Он и в самом деле был профессионал, по его виду не скажешь, что у него в кармане: дыра или весь банк.
— Садитесь, — хрипло предложил он. Налил себе выдохшейся минеральной воды и выпил.
Я уселся на стуле напротив поручика. Кабинетик маленький, не вполне подходящий для шефа группы по расследованию убийств. Немногочисленная казенная мебель расставлена как попало, без всякой гармонии и понятия об использовании пространства. На столе виднелись полосы пыли. Похоже, поручик не просиживает свой стул.
— Этих парней за мной можно было не посылать, — заявил я ему. — Если б вы утром велели мне, я бы и так пришел.
— Я велел вам никуда не уезжать. Вы не послушались.
— Нет, — подтвердил я. — Но позвольте заметить, силком, без моего согласия, эти ваши подручные меня бы сюда не доставили. Небось не стали бы бегать за мной по всей стройке. Один — прямо одуванчик, а другой для этого малость староват.
— Младший лейтенант Густ — мастер спорта в современном пятиборье, — сообщил поручик Павровский. — Он и один бы с вами справился. Младший вахмистр Ржига — по технической части. Лично вы его не интересуете.
— Вот как? — насмешливо спросил я. — Что же вы так разбазариваете квалифицированных специалистов не по профилю? Почему бы вам лучше не подключить его к поискам пани Маласковой?
— Пани Маласкову мы уже нашли, — невозмутимо ответил поручик.
Вспомнив Лукаша, я облегченно вздохнул.
— Слава богу, а то я было решил, что младший вахмистр Ржига у меня под ступеньками ищет ее труп.
— Нет. Труп пани Маласковой мы нашли сегодня утром.
У меня потемнело в глазах. Обеими руками я оперся о стол поручика. Стол этот, вероятно, был прибит к полу, иначе я бы его перевернул.
— Где? — просипел я.
— На Боровце. В болоте за виллой Дроздовых. Она лежала в водорослях, а после дождей вода поднялась…
Мне вспомнился Амиго, который все время выл, и Лукаш, которому было страшно. От ужаса подкатила дурнота. Послышался грохот отодвигаемого стула и голос, говоривший: «Вот возьмите, выпейте!»
Я поднял глаза — серое пятно обрело черты лица Павровского. Взял из его рук стакан теплой минеральной воды и выпил.
