Ни один мускул не шевельнулся на ее лице, словно она и не слышала. Будь я на месте этого юноши, я немедленно выскочил бы из автобуса и пошел бродить по улицам, чтобы забыть о своей неудаче. Но что это? Неужели он хочет задать свой вопрос еще раз? Вот он снова наклонился к ее лицу и прошептал:
— Так, значит, вы едете не туда?
Девушка оставалась неподвижной, только губы ее презрительно сжались. Я понял, что ее терпение иссякло. Горе ему, если он решится сделать еще одну попытку!
И все-таки он решился. Приблизившись к ней вплотную, он быстро и нетерпеливо прошептал:
— Тогда, наверное, вы едете домой?
Я затаил дыхание. Было ясно, что он потерпел неудачу и на этот раз. Но тут я заметил, как кончик этого дурацкого конского хвоста из ее волос слегка дрогнул. Сперва мне показалось, что это произошло случайно, но потом я понял: девушка утвердительно кивнула головой!
Тотчас, прежде чем она успела одуматься, юноша произнес быстро и победоносно:
— В Гизу, не так ли?
— Да, — смущенно улыбнувшись, ответила девушка.
С досады я чуть не стукнул этого глупого мальчишку, ее братца, беспечно глазевшего в окно. Потом я отвернулся, предоставив возможность своему дорогому соседу досматривать эту сцену одному.
Дальнейшие события развивались быстро. Юноша опять говорил что-то твердым голосом уверенного в себе мужчины, настойчивость которого победила женскую скромность.
Девушка совсем забыла о братишке. Она выпустила его руку и не замечала, что малыш безуспешно старается снова поймать ее пальцы. А конский хвост ее прически так и летал во все стороны, совершая горизонтальные, вертикальные, овальные, круговые и разные другие движения.
Собираясь выходить, юноша повысил голос и решительно сказал:
— Так, значит, договорились.
Конский хвост сделал несколько утвердительных вертикальных движений.
— А вы не забыли номер?
Хвост качнулся горизонтально.
— Ну и какой же?
Она смущенно подняла на него глаза и робко спросила:
— Не 899?
Потом, помолчав немножко, отчеканила:
— 89-95-92.
Лицо юноши засияло, он едва не обнял девушку.
— Браво! Какая же вы умница! А когда вы позвоните?
— Может быть, завтра.
— Нет, сегодня.
— Я посмотрю.
— Сегодня.
— Ну хорошо, сегодня.
Я был уверен, что, если бы не люди вокруг, он бы поцеловал ее.
— Только будьте осторожны, — прошептал он. — У моего брата голос очень похож на мой. Убедитесь сначала, что это я отвечаю вам.
— А как же я узнаю?
— Я скажу: говорит Ахмед.
— Вас зовут Ахмед?
— Да. А вас?
Она потупилась, и хвост на ее голове вздернулся высоко вверх, как выброшенный флаг капитуляции. Она так тихо произнесла свое имя, что мы не расслышали. Однако юноша услышал. Я понял это, когда он сказал:
— Какое красивое имя!
И дерзко добавил:
— Как и вы сама!
Мой сосед вздрогнул, как ужаленный, и втянул голову в плечи, будто слова юноши имели к нему прямое отношение. Однако спустя мгновение он занял свою прежнюю позицию, стараясь не пропустить ни единого звука.
Автобус был уже почти у самой остановки, но юноша не торопился и, прежде чем направиться к выходу, сказал:
— Если бы не лекции, я проводил бы вас… Так, значит, мы договорились?
— Договорились.
— Сегодня?
— Сегодня.
— А вы помните номер?
— Я ни за что его не забуду!
— Повторите-ка!
Я попытался вспомнить номер телефона, но безуспешно. А она быстро и четко, как диктор телевидения, произнесла: «89-95-92».
Юноша был в восторге.
— Браво! Я буду весь день сидеть у телефона. Оревуар!
По лицу девушки разлился румянец. Юноша спрыгнул с подножки, и она проводила его долгим взглядом, любуясь его походкой. Потом рука ее безвольно упала, так что мальчик смог опять ухватиться за нее. Я не был уверен, что, находясь в таком состоянии, она сможет вспомнить, на какой остановке ей выходить. Но вот она потянула брата за руку и стала пробираться к выходу. Не успела ее стройная фигурка скрыться за спинами толпящихся в проходе людей, как мой сосед, словно очнувшись, всплеснул руками и заговорил громким сердитым голосом, будто обращаясь к пассажирам за помощью или приглашая их в свидетели:
— Что за дикость! Что за невоспитанность! В какой стране мы живем! В каждом автобусе нужно поставить полицейского, пусть смотрят за нравственностью. С этим нужно бороться, как с воровством! Безобразие! Клянусь Аллахом, если бы не мы, он стал бы ее обнимать, а она бы и слова не сказала! Это же позор! Я своими ушами слышал, как он дал ей номер телефона. Не так ли, уважаемый господин? Не иначе как наступает светопреставление! Клянусь Аллахом, оно уже, наверное, наступило! Наверняка наступило!..
Пер. В. Кирпиченко
Увидеть на улицах Минья ан-Наср бегущего — целое событие. Люди здесь редко бегают. Да и чего бегать, ежели некуда спешить. В деревне время не высчитывается по минутам и секундам. Поезда и те ходят по солнышку. Один поезд на рассвете, второй — когда солнце стоит высоко в небе, третий — перед закатом. Нет и шума, который раздражает и принуждает спешить и суетиться. Все здесь спокойно, размеренно. И все убеждены, что так оно и должно быть, что поспешность ни к чему и всякая суета от лукавого.
