Я собиралась сказать это Мариани и уже придумывала, что́ противопоставить его всегдашней спешке. И вот вслед за ароматом своего дорогого одеколона сбоку от меня возник Купантони, ослепительный, как настоящая кинозвезда, с широкой улыбкой, готовый приступить к нашей с ним сцене.
— Привет, Катерина.
Я посмотрела на часы: еще нет и полудня. Мне захотелось, чтобы все закончилось как можно скорее: с этого момента я буду заниматься чистым ремеслом, без всяких мудрствований, с той же непринужденностью, что и Купантони, полагаясь на силу голоса; думать надо не о фильме, а о себе самой, беспокоиться за себя — коль скоро на это есть все основания. В час, решила я, повидаюсь с матерью.
Мариани сказал в микрофон:
— А теперь вам придется выложиться: у вас обоих сразу же будет сильная чувственная нагрузка.
Инстинктивно я кинула взгляд на профиль Купантони. Да уж!
М е л о д и. Простите.
Х а р т. Это я виноват.
Они столкнулись под аркой Римского форума; Мелоди снова погрузилась в чтение своего Бедекера. Какой-то турист задел Харта, и он снова налетел на Мелоди, на сей раз у нее из рук выпал путеводитель.
Х а р т. Простите, я в самом деле не нарочно. Знакомиться таким образом просто глупо.
Они вместе осмотрели великий памятник, Мелоди не выказывала раздражения; впрочем, своей манерой поведения он располагал к себе.
Х а р т. Это триумфальная арка Септимия Севера, построенная в честь него и его детей Каракаллы и Геты. Затем Каракалла приказал убить своего брата и убрать его имя. Как говорится, обслуживание по полной программе.
М е л о д и. Раз вы все уже знаете, зачем вы здесь?
Х а р т. Видите ли, это место восхитительно.
Он снял черные очки, и Мелоди с любопытством заглянула ему в глаза.
Х а р т. Не беспокойтесь, я не собираюсь говорить, что вы тоже восхитительны.
М е л о д и. А что ж в этом плохого?
Она двинулась дальше; Харт последовал за ней.
Х а р т. Вам не следовало бы меня провоцировать.
М е л о д и. Вы правы, наверное, это нехорошо.
Х а р т. Я обычно притворяюсь, что просто не замечаю таких привлекательных девушек.
М е л о д и. Вот как?
Х а р т. Да… притворяюсь для себя самого, я имею в виду.
М е л о д и. Старые уловки!
Х а р т. О, вы меня еще не знаете. Я могу быть очень ловким и настойчивым.
М е л о д и. Никогда не сто́ит раскрывать перед другими свои темные стороны. До свидания.
Харт стоял у входа в открытый ресторан, на фоне виднелся Форум; за столиками было довольно много народа. Официант проводил его к столику Мелоди и предложил место напротив.
Х а р т. Добрый день.
М е л о д и. Здравствуйте.
Х а р т. Какая удача!
М е л о д и. Удача тут ни при чем.
Х а р т. Тогда судьба?
М е л о д и. Сколько вы дали официанту, чтобы он посадил вас сюда?
Х а р т. Десять долларов, а вы?
М е л о д и. Чуть больше половины — десять тысяч лир.
Х а р т. По-моему, настал момент представиться: меня зовут Чарли Харт. Что еще вы хотели бы обо мне узнать?
М е л о д и. А вы что хотели бы узнать? Вчера вечером на аукционе вы, как мне показалось, проявляли гораздо больший интерес к моему спутнику, чем ко мне. И притом не только как к конкуренту.
Х а р т. Да нет, это вы меня очаровали, честное слово!
М е л о д и. Таким образом ваше драгоценное внимание сосредоточилось сразу на трех вещах… Вас действительно так заинтересовал этот секретер?
Х а р т. А вы как думаете? По-вашему, я стал бы рисковать такими деньгами только для того, чтобы произвести на вас впечатление?
Официант. Что будем заказывать?
Х а р т. Как здесь спагетти?
М е л о д и. Полуфабрикаты, как у нас.
Х а р т. Камбалу. Картофель и зелень.
Официант отошел.
Х а р т. Может быть, у них есть что-нибудь более возбуждающее?
М е л о д и. О, я думала, что меня достаточно.
Х а р т. Я имел в виду — пока. Пока мы на людях.
М е л о д и. Кстати, о ловкости…
Наплыв.
Мелоди резко приподнялась с кровати. В комнате почти темно.
М е л о д и. Я спала?
Х а р т. Всего несколько минут.
М е л о д и. У меня глаза сами закрылись. Я не привыкла к такому покою.
Х а р т. Я тоже.
Он лежал рядом с ней, накрывшись одеялом. Мелоди снова легла и застыла в неподвижности. Они находились в большом гостиничном номере; из окна открывалась панорама освещенного огнями города.
За долгим, во весь экран, поцелуем последовали фрагменты двух тел, ласкающих друг друга в нарастающем возбуждении. Ну вот, началось, сказала я себе. Все было очень пластично и эффектно, с изящными наплывами, но я обливалась холодным потом в ожидании первых стонов, которые предстояло дублировать.
