А Морозко лишь снова ухмыльнулся, покачивая своей косматой, седой головой.
Идут дальше, а Снежевиночка вдруг и говорит:
– Ты, Морозушка, пожалуйста, без меня больше не ходи деревья укутывать. Я с тобой буду теперь ходить. Как соберешься, так и зови меня сразу, чтобы птичек или других животных не морозить. Просто позови меня три раза по имени, и я приду к тебе.
Снова удивился старик, но не стал противиться такой просьбе. А ведь неспроста Морозко согласился на это, уж больно интересно ему было, что за девица такая эта Снежевиночка. Да и понравилась ему своей добротой и смелостью. Ведь своих детей у старика так и не было. Вон, у Снеговея того, целая куча дочерей Метелей, да и у сестры его Зимы сыновья Морозы удалые. А Морозко все один да один.
Так, за размышлениями и подошли к краю леса. Сквозь деревья стали виднеться избы крестьян и слышны лаи собак, да крики людей. Морозко остановился за деревьями и дальше не идет.
– Ну, – говорит, – Снежевиночка, дальше я не пойду. Меня там не особо привечают. А ты беги скорей, знать, тебя уже целой деревней собрались искать.
И правда, крики все усиливались, и стало ясно слышно, что кричат «Сне-же-ви-но-чка-а-а!».
Девочка быстро чмокнула Морозко в щеку со словами:
– Спасибо, дедушка! Ты же обещал меня позвать? – напоследок с надеждой произнесла она.
Морозко лишь кивнул и взглядом указал, мол, беги скорей. И девочка помчалась в деревню.
– Я здесь, я здесь! – закричала она.
И Морозко увидел, как кинулись к ней девчата. Видно, подружки. А потом и взрослые подбежали, окружили, все что-то спрашивают. Тут и Марья выскочила, беспокойная вся. Обнимает, целует дочку.
Морозко постоял еще немного и направился обратно в лес. А у самого все мысли о Снежевинке. Идет, бороду свою теребит рукой, в глубокое раздумье совсем погрузился. И не заметил, как озорные Метели его окружили и хихикают над ним.
– О чем так глубоко задумался, Морозко? – спросила одна из сестер.
Морозко встрепенулся от неожиданности.
– А! Это вы, Метели. – Махнул он рукой. – Да так, диво повстречал нынче в лесу.
– Какое диво? – разом спросили Метели и совсем старика обступили.
– Да, девчонка необычная тут объявилась. Снежевинкой величать.
– Знаем мы Снежевиночку, – ответили Метели хором.
Уж эти-то проныры всегда обо всем все знают. И поведали Морозко о том, как появилась Снежевинка на свет. И что теперь она им сестра названая, снежная кровинушка. И ему тоже родственница, ведь все они – зимние жители, меж собой родня.
Морозко после их рассказа и вовсе в думу впал. Как же это Зима решилась сердце Мары отдать. И что же теперь будет? Ведь зимняя владычица и возродиться может. А Снежевинка теперь еще больше удивительней стала. Откуда в холодном сердце столько добра, тепла и ласки? Как она о птичках запереживала, как своим дыханием отогрела, и как сами пернатые к ней слетались, не боялись совсем.
«А если весть о Снежевиночке до Карачуна дойдет? Тьфу ты! Кощея…» – вдруг страшная мысль пришла к Морозко. Он уж точно вылезет из царства своего подземного теперь. Придет за Снежевинкой, чтобы жену свою Мару возродить.
– Метели, душеньки! Как же это теперь нам быть? – И поделился своими опасениями Морозко с сестрами Метелями. Мара и Карачун были нелюбимы не только среди людей, но и среди всей зимней собратии. Не давали жизни спокойной никому. Всем их властвие не по нраву было.
– Летите, родимые, предупредите Снеговея, Бурана, Вьюгу-завируху, братьев Морозов, чтобы дали знать, если вдруг Кощей объявится. А я уж буду за Снежевинкой приглядывать.
Метели одобрительно закивали. Надо всех предупредить. Никому не хотелось возращения прежних владык. И попрощавшись с Морозко, полетели выполнять его поручение. Да только Метели те еще болтушки. И весть о Снежевиночке разошлась повсюду гораздо быстрее с их благородной помощью.
Узнала про Снежевинку и Баба-яга. Вскочила со своей печи и стала с угла в угол метаться по своей избушке на курьих ножках. Давно мечтала Яга заполучить сердце зимней владычицы Мары. Ведь оно способно подарить вечную молодость и красоту. И задумала Яга похитить Снежевинку и отобрать у нее сердце. Да только надо поспешить. Опередить Кощея, а не то – не видать ей молодости как своих ушей. Выскочила Баба-яга на порог и закричала:
– А ну курья изба, поднимайся с насеста! Да поживее!
Избушка заскрипела. Уж давно ее не тревожили. Вот полвека как на одном месте сидит. Лапами своими куриными заперебирала – разминает. Окостенели совсем.
А Яге не терпится. Уж больно боится опоздать. Схватила кочергу и стала грозить:
– А ну пошла, а то сейчас отведаешь у меня кочерги!
Избушка встрепенулась и пошла. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Эх, давненько лапы не разминала.