Рокочущий голос отдавался вибрацией в щеке Джоанны. Она отрицательно покачала головой. Необходимо оставаться начеку. Они пока не избежали опасности. Да и сам Ник мог представлять собой угрозу. Что, если он вспомнит, кем был раньше, стоит только расслабиться?
– Я посторожу, – заверил он. – И разбужу тебя, если те люди вернутся.
Джоанне не следовало поддаваться чувству защищенности, которое внушал Ник, обнимая так, как сейчас. Не следовало вообще испытывать к нему хоть какие-то эмоции.
– Я устала, – хрипло призналась она.
Устала терять близких. Бабушку. Берти. Дядю Гаса. Тетю Аду. Марджи. Ника. Аарона. Отца. Маму – пусть и очень давно. Устала сражаться с горем.
– Ты можешь поспать, – уговаривал спутник. – Я рядом. И никуда не денусь, обещаю.
Дыхание перехватило. Джоанна попыталась замедлить сердцебиение, взять себя в руки, как поступала много раз после возвращения домой в конце лета. Раньше все получалось, но на этот раз у нее вырвался всхлип, причиняя ужасные страдания. Рядом находился не тот, кого она любила. Он исчез из этого мира и больше никогда не появится. Словно издалека доносилось утешительное бормотание Ника. А затем Джоанна разрыдалась в его объятиях.
Он крепче прижал ее к себе. Она знала, что не должна прикасаться к другому воплощению возлюбленного
Джоанна в отчаянии бежала по зеленому лабиринту в парке Холланд-Хауса. Легкие горели, одежда цеплялась за ветки и листья стен. Кто-то гнался следом, отставая всего на несколько шагов. Попытка прибавить скорость закончилась плачевно: расцарапанными руками и лицом. Впереди приближался поворот. Налево или направо? Времени размышлять не оставалось: Джоанна метнулась влево.
Она увидела перед собой тупик и с трудом успела затормозить перед высокой зеленой стеной из густых ветвей и листьев.
– Джоанна, – кто-то позвал сзади.
Беглянка резко обернулась. Прерывистые вдохи раскаленными кинжалами вонзались в легкие.
Ник! Он перегородил дорожку от стены до стены своим крупным телом, отрезая пути к отступлению и держа в одной руке меч с такой легкостью, точно тот весил не больше пластикового оружия в сувенирных ларьках Холланд-Хауса.
– Пожалуйста, – прошептала Джоанна, ощущая резкую боль в боку и легких, которые горели все сильнее с каждым судорожным вдохом.
– Ты крала человеческие жизни, – печально произнес Ник. Он явился не ради возмездия, а как палач, исполняющий свой долг. – Я не могу позволить тебе навредить кому-то еще.
– Но мы хотели положить конец войне между монстрами и людьми! – взмолилась Джоанна. Когда-то это казалось возможным. – Помнишь? Мы планировали заключить мир!
– Вот только ты решила пойти другим путем. – Ник поднял меч – тот самый, которым убил Люсьена и Эдмунда. Тот самый, которым раньше защищал ее. – Ты развоплотила героя, оберегавшего людей. Выбрала монстров.
– Нет! – умоляюще воскликнула она. – Ник!
Лезвие меча устремилось к ней.
Ахнув, Джоанна проснулась. Сердце бешено колотилось.
– Ты в порядке?
Ник оказался совсем рядом, нависая над ней. Она невольно вскрикнула от ужаса и попыталась отползти, но наткнулась спиной на что-то твердое и поняла, что попала в западню – очутилась в замкнутом тесном пространстве. Пошарив рукой возле себя и не обнаружив ничего, похожего на оружие, девушка попробовала лягнуть противника. Тот с легкостью уклонился и вскочил на ноги, удивленно распахнув глаза.
Джоанна принялась панически озираться. Он ранил кого-то еще? Где Рут? Где Аарон?
– Ты в безопасности. Все в порядке. – Голос Ника звучал мягко и увещевательно – таким тоном обычно успокаивают испуганное животное. – Мы в поезде и направляемся в Лондон, помнишь? Здесь только ты и я. Никто не причинит тебе вреда. Я не позволю.
Постепенно Джоанна осознала, что Ник стоит не между стенами лабиринта, а в узком проходе. Позади него в окнах быстро мелькал окружающий пейзаж: дома с красными крышами и деревья. Они находились в поезде. А напротив нее… Пришлось сглотнуть подкативший к горлу ком. Это был другой Ник.
– Преследователи нас не перехватили, – успокоил он ее. – Мы ускользнули от них.
– Мне приснился кошмар, – онемевшими губами прошептала Джоанна. Затем вспомнила, что пыталась лягнуть его. Слава Богу, что она не использовала свой дар, иначе могла бы убить парня одним касанием. Могла бы забрать всю его жизнь. – Я тебя не ранила?
– Конечно, нет, – мягко заверил Ник. Перед глазами промелькнула картина, как он с легкостью уклонился. – Прости, что вторгся в твое личное пространство, когда ты проснулась. Мне показалось… – Он чуть помедлил и нерешительно добавил: – Мне показалось, что ты звала меня.
– Что? – Джоанна едва не поперхнулась, хотя до того уже почти взяла под контроль дыхание.
– Ты произнесла мое имя, когда проснулась. Или… – На лице Ника отразилось недоумение. – Или сразу перед тем, как проснуться…
