Создана для греха полностью

– Я… воздержусь, – нарушила молчание Кловер, протягивая руку за своим бокалом. – У меня были сексуальные отношения с Роджером. Но мы порвали. Мне требуется время, чтобы привыкнуть так открыто выражать свои эмоции. – Она кивнула в сторону фотографии:

– Или к такому зрелищу.

Но как она хотела этого прямо сейчас!..

– Разве Роджер не поощрял тебя, когда ты мастурбировала у него на глазах?

Оливия не прерывала своего занятия, но ее глаза неотступно следили за гостьей.

Кловер вдруг со злостью подумала, что Роджер был закрыт для всего, особенно для всего нового и необычного. Наверное, из-за этого он ее и бросил. «Я проявляла слишком много энтузиазма», – хотела выпалить она. Он не находил ее достаточно рафинированной. В его представлении женщина во время секса должна была лежать без движения и предаваться размышлениям о судьбах страны.

– Нет, не поощрял. Он был скучен, – сказала Кловер. – Теперь я рада, что он меня бросил. Меня это чудовищно обидело, но сейчас я даже не вспоминаю о нем. Я хочу попробовать что-нибудь новенькое! Я… – Кловер неловко оборвала себя, осознавая, что фактически упрашивает Оливию быть ее наставницей.

– Браво, моя дорогая, – снова обратив на нее свой горящий взор, произнесла Оливия. – Нам надо отметить твое возрождение. И освобождение от прошлого. Оооо!

Оливия застыла, а каблуки ее туфель уперлись в ковер, но бедра двигались в бешеном ритме. Она кончала, и оргазм был столь ярок, что Кловер ощутила себя парализованной этим зрелищем. Это возбудило ее даже больше, чем вчерашнее подсматривание за Оливией и Натаном.

На то, чтобы прийти в себя, Оливии понадобилось несколько минут. Кловер воспользовалась этим, чтобы допить вино. Оно притупило остроту ее ощущений.

– Теперь намного лучше. Я умирала все утро, так мне хотелось кончить, – деловито произнесла Оливия, поднимаясь на ноги. С грацией, присущей моделям, она сбросила туфли, потом освободилась от брюк, а вскоре ее едва видимые плавки последовали за остальной одеждой. Она улыбнулась Кловер.

– Почему бы и тебе не расслабиться, дорогуша?

Под блузкой Оливии оказался очень открытый бюстгальтер, и Кловер снова заметила, какие у нее темные соски. Кловер думала, что она освободится и от него, но по странной прихоти Оливия оставила его. Полуодетая, она смотрелась более вызывающе, чем, если бы обнажилась полностью.

Кловер посмотрела на себя. Она была облачена в обычный наряд, но ее вдруг поразило, что она сравнивает не красоту одежды, а свою неопытность с раскованной манерой Оливии, и собственная наивность девушки привела ее в полное замешательство.

– Стоит ли быть такой робкой? – хрипло проговорила Оливия. Говоря это, она провела по своим соскам. Она делала все с такой непринужденностью, что очень скоро Кловер подумала: «Была не была. Что я теряю?» – и, не давая себе времени опомниться, сняла топ и расстегнула юбку.

– Умница, – поощрительно произнесла Оливия, облизывая губы и играя с собственной грудью. – Тебе надо позабыть о Роджере и скуке, которая сопровождала вашу сексуальную жизнь. Впереди тебя ждет новый мир, в котором столько неизведанного. Я помогу тебе. У меня есть друзья, которые любят игры, а еще больше любят учить, как в них играть…

Когда дело дошло до белья, Кловер вдруг задрожала. Оливия широко открыла глаза и произнесла:

– Я не хочу успокаивать тебя. Я не говорю, что это не страшно. Кловер, любовь моя, тебе надо бояться.

Она вдруг схватила себя за грудь, наклонилась и высунула острый язычок, коснувшись соска. Это было настолько непривычно, что Кловер смотрела, как завороженная. Она ощутила, как взмокли ее плавки.

– Тебе надо бояться, – продолжала Оливия, облизывая и пощипывая свой сосок. – Страх может стать источником небывалого удовольствия. Ну же, сними с себя все. Я хочу посмотреть на тебя.

Несмотря на то, что у Кловер дрожали руки, она повиновалась. Она неловко потянула застежку на бюстгальтере, а потом опустила свои плавки, заметив большое влажное пятно на ткани. Когда она подняла глаза, то заметила, как лицо Оливии озарила улыбка: ей было забавно наблюдать за смущением Кловер.

– Ты очень красива, – тихо отметила кузина.

Она придвинулась к девушке ближе, и Кловер заворожено следила, как колышутся ее большие груди, которые едва умещались в узком бюстгальтере.

Но когда Оливия повернулась к ней спиной, Кловер невольно вскрикнула. Сзади у Оливии виднелись следы от ремня, красные и запекшиеся от крови.

– Что с тобой случилось? – пробормотала Кловер, хотя она могла и сама догадаться.

– А-а, это последствия вчерашней ночи удовольствий, – небрежно произнесла Оливия, притрагиваясь к воспаленной коже и невольно вскрикнув от боли.

– Что же произошло? – настойчиво повторила Кловер. Она ощутила, как налился ее клитор.