Когда Лукас продолжил свои жестокие
Кловер вывернула голову, чтобы посмотреть, что происходит у нее за спиной. Глаза Лукаса под жуткой черной маской были как два сапфира. Она опустила взгляд и заметила, что его эрекция достигла предела. Кловер начало снова качать на цепи, и она обессилено опустила голову, заметив, что Лукас оставил хлыст. Он подходил к ней своей легкой походкой. Затем стал перед ней и медленно расстегнул брюки, освобождая свой распухший от долгого ожидания пенис. Потом с удовольствием потер его о ее щеки.
Она умоляла его глазами:
Кловер могла сравнить ощущения от кляпа и живой, заполняющей ее рот, плоти. Она выбирала второе! Он брал ее грубо, не демонстрируя ни изысканности манер, ни нежности в обращении. Но только такой сценарий ее и устроил бы. Она хотела, чтобы он воспользовался ею бездумно, чтобы он получил свое удовольствие. Она и впрямь ощутила себя безвольной рабыней, смысл жизни которой сводился лишь к одному – ее господин должен быть счастлив, и она готова была заплатить за это любую цену.
Наверное, он мог читать ее мысли, потому что одарил ее улыбкой. На мгновение он замедлил ход своего мощного поршня, так что она едва не задохнулась, и погладил ее по волосам. Он отстранился от нее довольно резко, поэтому по подбородку Кловер тут же потекла слюна.
Но ведь он не кончил… Ее мозг отказывался функционировать и искать причину. Она лишь знала, что это была прелюдия к новому представлению.
Лукас зашел сзади и потянул за крученую тесьму, на которой удерживался шар. Кловер застонала, когда одна из знакомых ей женщин снова обильно смазала ее маслом, а Лукас освобождал ее анус от груза. Масло потоком хлынуло внутрь, и она и боялась, и страстно желала, чтобы поскорее сбылись ее худшие ожидания. Анальное отверстие продолжали стимулировать чем-то твердым. Ее тело протестовало, но она знала, что следует ждать нового проникновения.
Она жалобно закричала, когда член Лукаса скользнул в ее зад. Он удерживал ее за ягодицы, и оттого, что его пальцы касались самых чувствительных ран, она едва не взвыла. Наконец она смирилась, и ее тело приняло нарушителя границ.
Лукас начал совершать ритмичные движения, и у Кловер потемнело в глазах. Агония уступила место какому-то неземному наслаждению. Головка пениса Лукаса, которая проникла в самые неизведанные глубины, активно стимулировала клитор Кловер. Это было ощущение, несравнимое по остроте. С протяжным животным воем, в котором Кловер с трудом узнала свой собственный голос, она начала бешено оргазмировать.
Ее ягодицы и влагалище были охвачены спазмами. Она обхватила напряженный пенис Лукаса, стараясь доставить ему удовольствие, и он действительно как будто взмыл вверх. Он переживал экстаз, когда неожиданно разразился потоком ругательств, и его тело сотряс оргазм.
Кловер сдержала стон и безвольно повисла на цепи. Лукас втер успокоительную мазь в следы на ее раскрасневшихся ягодицах. Однако любое прикосновение к истерзанной коже доставляло ей мучения. Она чувствовала себя истощенной и остро нуждалась в отдыхе.
Когда Лукас прекратил ее содомировать, ей позволили перерыв, положили на ковер, но уже через несколько мгновений представление продолжилось. Лукас поднял ее на ноги и предложил ей выпить воды. Он подвел ее к стулу, рядом с которым расстегнул наручники, но только для того, чтобы снова заковать ее запястья, уже на животе, после чего он подвесил закованные руки на крюк. Она располагалась лицом к комнате, чтобы ей представилась возможность не пропустить ничего из того, что будет происходить. После мимолетного поцелуя в губы Лукас заткнул ей рот кляпом.
Стеклянный шар снова занял свое место в анусе Кловер, но в ее памяти все еще был Лукас и его великолепный член. Ей было сложно поверить, что он только что одарил ее новым опытом. Она вынуждена была признать, что ее возбуждают только самые ужасные и извращенные вещи. Она наблюдала, как Лукас отпил из стакана, а потом что-то пробормотал на ухо сидящей рядом с ним женщине. Та засмеялась в ответ, и хотя Кловер видела, что он не обращает на нее ни какого внимания, как на использованную вещь, она все же понимала, что он делает это намеренно. Как бы он ни старался показать, что воспринимает ее как безвольную рабыню, она ощущала, что между ними установлена прочная связь.
Она вдруг испытала желание опуститься перед ним на колени и облизать носки его туфель, но ее фантазии прервал какой-то шум у входа.
Прибыл новый раб. Кловер узнала и его, и тех, кто его сопровождал.