– Вот так, ложись на спину. Прижми к себе коленки. Великолепно! – Оливия уложила Кловер в самую унизительную позу. – Теперь раздвинь немного ноги. Шире… Еще шире. Я хочу тебя рассмотреть. Кроме того, мне потребуется простор, чтобы сделать тебе приятно.
Она засмеялась.
В душе Кловер словно начали таять льдинки. Она осознавала, что еще ни разу так не выставляла себя на обозрение. Ее клитор, влагалище, анус видны были во всей красе, но она почувствовала, как и сама заводится от этой сцены. Она закрыла глаза и представила, что за ней наблюдают несколько пар глаз. Пусть это будет Натан и Лукас. Пусть бы даже Роджер присоединился к ним. Они бы жадно всматривались в ее возбужденное лоно. Как бы она хотела, чтобы ее использовали, как куклу… Она жаждала быть наказанной… Одна мысль об этом почти доводила ее до пика наслаждения.
Она вдруг застонала и еще шире раскрыла бедра, представляя, как невидимая публика восхищенно затаила дыхание.
– Это великолепно, моя дорогая.
Кловер ощутила дыхание Оливии где-то совсем близко от живота.
– Фрэнсис был бы в восторге. Ему нравится, когда женщины так демонстрируют себя, особенно когда они настолько возбуждены. В этот момент с нами можно делать все что угодно за одну только минуту оргазма.
– Кто такой Фрэнсис? – простонала Кловер, еще шире разводя бедра и мечтая, чтобы Оливия занялась ею прямо сейчас. Как можно быстрее!
– Он мой друг. Наставник. У нас, как бы сказать, собралась группа единомышленников, которые любят одни и те же… удовольствия. Фрэнсис наш ментор.
Она замолчала, а потом легонько коснулась пальцем трепещущей плоти Кловер. Миллионы брызг словно вырвались наружу из тела Кловер, но она не ощутила оргазма. Она хотела наслаждаться еще и еще, и из ее горла вырвался громкий стон.
– Я не могу дождаться, когда покажу ему это!
Палец Оливии погружался все глубже, в то время как второй рукой Оливия умело сжимала клитор Кловер.
Дико крича, та кончила, и ее тело еще долго сотрясалось от сладкой боли.
Когда к ней вернулось сознание, она все еще представляла себе
Она понимала, что в ней запустили какой-то мотор, который все больше набирал обороты, но работал пока вхолостую. Оливия сама раздразнила желание в Кловер, но бросила ее одну на полпути. Она как будто забыла о своем обещании познакомить ее со своими таинственными друзьями, да и предаваться утехам вдвоем им больше не доводилось.
После ошеломляющего опыта на кофейном столике Оливия сама помогла собрать Кловер вещи и отвела ее в спальню. Кловер втайне надеялась, что Оливия нырнет с ней в кровать и покажет ей и другие лесбийские штучки, но этого не произошло. Оливия ограничилась сестринским поцелуем в щеку и после этого выказывала отношение, как к желанной гостье, но не более того. Лишь изредка приличия нарушались французским поцелуем, щипком за зад и мимолетной лаской груди. Ничто не предвещало намерения Оливии ввести Кловер в круг своих друзей ни в ближайшее время, ни хотя бы в обозримом будущем.
Лучше бы она не рассказывала ей об этом. Теперь Кловер точно знала, чего хотела, но не могла этого получить!
Каждый раз, когда Оливия отправлялась на эти вечерние встречи сама, Кловер предавалась размышлениям и фантазировала, что может сейчас занимать загадочную Оливию. Может, она снова в обществе своих друзей? Что они с ней делают? Или она с ними? Снова и снова Кловер обращалась к книгам на кофейном столике, останавливаясь на тех страницах, которые приводили ее в особенное возбуждение. Она мастурбировала до изнеможения, трогала свои соски, даже вводила в себя пальцы, но каждый раз, когда оргазм был позади, она ощущала, что какая-то частица ее тела все еще изнывает от предвкушения новых удовольствий. Она не могла войти в манящий мир, который мучил ее самим своим существованием. Даже вибраторы, которые любезно предложила Оливия, не давали ей полного покоя. Ей даже стало казаться, что ее покровительница специально оставила эти резиновые и пластиковые игрушки, чтобы измучить свою гостью напоминанием о том, что темная сторона мира так и остается для нее закрытой.
