Создана для греха полностью

Кловер вдруг подумала о том, что с таким парнем, как Лукас, у нее могли бы сложиться серьезные отношения. Он фетишист и садист, но это не меняет дела. Он отличный любовник и хороший друг. Как жаль, что он знаменит. Лукас так великолепен, что стоит ему поманить пальцем любую женщину, как она тут же окажется у его ног. Скорее всего, Кловер больше не придется даже встретиться с ним. При такой популярности и таких талантах он желанный гость на любой вечеринке. Кловер бросила подозрительный взгляд на Оливию. Она и раньше не сомневалась, но теперь была почти уверена…

– Это было организовано заранее? Что он переспал со мной? Это твоих рук дело или Фрэнсиса?

Оливия рассмеялась.

– Признаю себя виновной по всем пунктам обвинения. Я позвонила ему и спросила, сможет ли он уделить тебе внимание. Я решила, что это было бы для тебя неплохим подарком. – Она протянула руку к Кловер и коснулась своей юной протеже. – Понимаешь, все, кто собирается на подобных вечеринках, по-своему прекрасные люди, но если бы ты переспала с кем-то, кто не вызвал бы у тебя физического влечения, то наш круг так и остался бы для тебя закрытым.

Кловер немного приуныла.

– Значит, он просто сделал свою работу, – сказала она, закрывая глаза и вспоминая, как он сотрясал ее тело своими мощными толчками в коридоре. – Он просто согласился выполнить поручение.

– Нет, я бы сказала, что сегодняшнюю работу он выполнял с особенным удовольствием.

Кловер резко выпрямилась на сиденье. Что видела Оливия? Она ведь исчезла из поля зрения до того, как Лукас начал обрабатывать Кловер.

– Что ты хочешь сказать?

– Я не должна новичкам выдавать все секреты, закусив губу, произнесла Оливия со смехом.

– Секреты? – переспросила Кловер.

– Фрэнсис отъявленный вуайерист. У него повсюду скрыты камеры. Он говорит, что никогда не знаешь, что можешь пропустить. Пока ты в его доме, ты, так или иначе, работаешь на него.

Значит, даже в коридоре была камера. И те двое, что проходили в этот момент, оказались не едиными свидетелями падения Кловер.

Вдруг ее снова пронзило горячее желание, и она ощутила, как набухли под жакетом соски, а клитор налился кровью. Должно быть, она убежденная эксгибиционистка. Она хотела коснуться себя прямо сейчас, чтобы Оливия и Дамиан наблюдали за ней. Она представила, что многие могли наблюдать за тем, как Лукас вламывался в нее со всех сторон, и от этого у нее между ног сразу стало горячо и влажно. Она бы все отдала, чтобы повторить это снова.

Обе женщины хранили молчание. Кловер в который раз перебирала в памяти впечатления вечера. Она вспоминала, как Лукас двигался в ней, как он шлепал горничную, как был с той груб и решителен. Она посмотрела на Оливию, которая наблюдала за своей кузиной с мечтательным выражением на лице.

– Когда же следующая вечеринка? Когда мы повторим все снова? – нарушила тишину Кловер, когда машина подъехала к дому Оливии.

– Я не знаю, – с улыбкой вымолвила та, выходя из салона. – Но тебе не следует беспокоиться – это обязательно случится, и не раз. На это, ты точно можешь рассчитывать.

Уильям Лукас Ван Бурен, теперь известный под именем Лукаса, закрутил кран, вышел из душевой кабинки и потянулся за пушистым махровым полотенцем. Как хорошо встречать утро на ногах. Он все еще чувствовал приятную усталость после вечеринки у Фрэнсиса и знал, что сразу уснуть не сможет.

Он всегда веселился, если ему выпадала такая возможность. Он всегда возбуждался при мысли о том, что бы подумали дизайнеры, фотографы, гримеры и редакторы модных журналов, с которыми он работал, если бы узнали, что занимает его помыслы. Хотя он на подиуме и не выглядел пай-мальчиком, из-за его светлых волос и синих глаз люди склонны были представлять его ангелом во плоти. Его истинное лицо повергло бы в шок всех. Если бы они узнали о том, что ангел-Лукас получает наслаждение, когда предается разврату, да еще и увлекается садомазохизмом, у них бы волосы стали дыбом.

Пока он вытирался досуха, он снова перебирал в памяти детали вечера. Он без энтузиазма воспринял предложение «развлечь» гостью Оливии, но в лице Кловер он нашел очень приятную спутницу. Она была еще не тронута изощренными играми. Сначала она вела себя скованно, но когда ситуация потребовала, она сбросила маску невинности с легкостью, которая поразила Лукаса. Она любила подчиняться, но и знала, как проявить над другими свою власть. Конечно, еще очень многое ей было неведомо, но это было легко исправить.

Повесив полотенце, он коснулся члена, но не для того, чтобы онанировать, а просто проверить, с какой стати он снова ощутил небольшое возбуждение. Он вспомнил, как погрузился в лоно Кловер, такое узкое, что ему стоило немалого труда двигаться вперед, особенно когда она продемонстрировала ему небывалую натренированность мышц влагалища. То, что он кончил в нее, удивило его самого. Лишь опыт и мастерство помогли ему продлить наслаждение. Оргазм, который они оба испытали, был необычайно ярок.