Кловер с трудом подыгрывала Оливии, но все же ей удалось создать впечатление убедительной игры. Она понимала, что держать маску тоже надо уметь, и это искусство было составной частью их большого плана.
– Фрэнсис прикипел к тебе душой, – выпалила Оливия. Она пригладила волосы, что выдавало ее волнение. – Он собирается устроить большую вечеринку, и я очень его обрадую, если уговорю тебя прийти. У него день рождения, поэтому он настроен довольно благосклонно. Он даже пообещал мне компенсировать мои затраты. – Она посмотрела на Кловер очень строго. – С контрактами не шутят. И ты знаешь, как ты передо мной виновата.
– Если меня приглашают, я пойду.
Кловер вдруг ощутила, как возбуждение охватывает ее все сильнее.
Оливия все еще колебалась.
– Ты будешь не просто гостьей. Фрэнсис отвел для тебя особую роль.
Оливия смотрела на Кловер с завистью! Она не скрывала, что охвачена похотью.
– Какую роль? – переспросила Кловер, хотя и догадывалась, о чем идет речь. Ей нравилось играть на чувствах Оливии.
– Я не стану тебе раскрывать все карты, потому что Фрэнсису это не понравится. Это испортит эффект.
– Но с какой стати мне идти на вечеринку, о которой мне ничего не известно? Все это так подозрительно.
Оливия вознегодовала или, скорее, хорошо разыграла негодование.
– Подумайте о том, чем вы мне обязаны, юная леди! Вы воспользовались моим доверием, жестоко разочаровав меня. Несколько дней в изысканном обществе – не такая уж обременительная просьба, не так ли? Кловер, ты подставила мою репутацию под удар.
– Ну, если мы говорим в таком тоне, тогда… – Кловер понурила голову, изображая полную покорность и искреннее раскаяние, хотя ей трудно было сдерживать смех. – Конечно, что такое несколько дней? Может, мне даже понравится?
Она знала наверняка, что ей понравится. Она лежала в кровати и размышляла, правильно ли поступила, дав согласие. Она поняла, что ожидается вечеринка для избранного круга. Того самого, к которому принадлежит и ее кузина. Будут показательные наказания, выставление жертвы напоказ и секс, секс, секс… Должно быть, он превратится в настоящую оргию.
Но какую роль отвели ей в этом спектакле?
Закрывая глаза и отбрасывая покрывало, Кловер беспокойно пошевелилась. Ночь стояла необыкновенно теплая, и ее воображение все больше распалялось.
Будет ли она наказана? О, наверное, да. Вопрос только в том,
Она ощутила, как простыня под ней смялась. Она коснулась своего зада, слегка постанывая, – еще были свежи раны от порки, которую ей задал Лукас.
Она и не ожидала, что ей будет так больно. Однако теперь ее желание проснулось с новой силой. Она вспомнила, как оказалась распростертой на его колене, и ее влагалище истекало соком, готовое принять мужскую плоть.
Она скользнула пальцами по низу живота, ощущая, что снова хочет пережить этот опыт.
Кловер засунула в себя два пальца, мечтая о том, чтобы это были пальцы ее любовника. Он так унизил ее своим показательным наказанием, а потом тем, что ласкал ее столь откровенно, но она не испытывала стыда. То, что за ними наблюдали, только послужило для нее дополнительным источником возбуждения. Она представляла, как раздвигает ноги все шире, чтобы оказаться на обозрении у всех присутствующих при этом разврате. Она представляла, как темная комната оглашается сладострастными стонами и криками и внимание всех вокруг приковано к ее изнывающей киске.
– О, бог ты мой, – прошептала она, скользнув еще глубже. Ей хотелось быть грубой, словно она готовилась к предстоящим испытаниям. Стащив с себя пижамные штаны, она потянулась к ящику, в котором предусмотрительная Оливия оставила для нее разнообразные игрушки.
Вибраторы с различными насадками в форме птиц и зверей, фарфоровые яйца, стимуляторы сосков – все это было похоже на сундук с сокровищами. Но Кловер не была настроена на изысканные фантазии и выбрала обычный вибратор. Она всадила его в себя до основания, представляя, что занимается сексом с Лукасом.
Лукас был больше, чем скромная игрушка, но Кловер закрыла глаза и отдалась на волю воображения.
Она чувствовала, как он беззастенчиво проникает в нее. Она видела его глаза в обрамлении длинных ресниц, слышала, как из его уст вылетают неприличные ругательства и многообещающие угрозы.
Потом сцена сменилась новой картинкой: она висит на цепях, а Лукас работает над ее задом, прохаживаясь по нему своим широким кожаным ремнем с серебряной пряжкой. Она в это время, конечно, будет молить о пощаде.
Кловер и понятия не имела, какие ощущения у нее вызовет тяжелый ремень. Но знала, что ей предстоит новый опыт. Ее матка начала бешено пульсировать, и она ухватилась за клитор двумя пальцами, ритмично сжимая его. Поцелуй ремня Лукаса стал прелюдией к оргазму, который испытала Кловер.
– Ну и как же наша малышка отреагировала на весь этот спектакль? Она согласилась приехать на вечеринку к Фрэнсису?
