Руперт пытался придумать следующий вопрос, но был слишком потрясен и не мог сосредоточиться. Он подумал о зрителях, которые увидят эту запись, миллионы людей по всему миру. Что им захочется узнать?
— Как вам удалось так долго скрываться от Департамента террора? — спросил наконец Руперт.
— Отсиживался в бедных районах, — объяснил Вестерли. — В местах, где они не ищут внимательно, потому что там нечего искать. Держался подальше от больших городов, это самое главное.
— Что вы думаете о своем поступке теперь, когда понимаете его истинные цели, после предательства Зеба?
— Хорошо, что мы это сделали, — ответил Вестерли. — Я думаю, это было правильно. Важно. — Вестерли сел, вздохнул и снова закашлялся, кровавая пена потекла с его губ на подбородок. — Это ведь было важно для всех.
После интервью Туринский отнес голографическую камеру в другую комнату, чтобы скопировать запись на диски и картриджи для дальнейшего распространения. Многочисленные копии будут расходиться самым безопасным способом — из рук в руки, и в конце концов интервью загрузят на сайты и в новостные сети по всему миру.
Арчер проводил Руперта и Люсию в дом. Они поднялись по лестнице и, войдя в дверь, замаскированную под шкаф, оказались в пыльной комнате на первом этаже. Они сели за стол из красного дерева, покрытый клеенкой, и Арчер принялся готовить яичницу и делать тосты. Руперт был без сил.
— Поверить не могу, — сказал он Люсии. — Думаешь, это правда?
— Мы знаем, что это правда, — ответила она. — Мы гонялись за ним последние два года.
— Как вам удалось его отыскать, если даже у агентов не получилось?
— У них отлично получается следить за покорными гражданами, — ответила Люсия. — А мы умеем находить людей в бегах, потому что обычно стараемся им помочь.
— Ты говорила, что у вас нет никакой организации, но я все больше убеждаюсь в обратном, — заметил Руперт.
— Люди способны самоорганизоваться, — в комнату въехала длинноволосая седеющая женщина в инвалидной коляске. Первым делом Руперт заметил, что она ослепительно красива, а потом ее лицо показалось ему странно знакомым.
— Мы сами устанавливаем порядок и сами его меняем, — продолжила женщина. — Арчер, не сожги мне плиту.
— Вряд ли плиту можно сжечь, миссис Кендрик, — отозвался Арчер. Руперт попытался припомнить: Кендрик, Кендрик…
— Если бы кто и мог… — Она покачала головой и перевела взгляд на Руперта. — Это ваш репортер?
— Да, — ответила Люсия. — Дэниэл, это Майя Кендрик, хозяйка этого виноградника.
— Это уже не виноградник, — возразила Майя.
— Майя Кендрик! — воскликнул Руперт и почувствовал, что залился краской. Эта женщина была героиней его подростковых фантазий. — Вы же кинозвезда?
— В прежнем мире я играла в кино, — согласилась она.
— Я думал, вас репрессировали, — сказал Руперт.
— Так и было. Я получила пулю в спину от бойца бригады освобождения. А еще эти скоты убили моего мужа.
— Хорхе Мендоса? Режиссера? — спросил Руперт.
— Он видел, что над нами навис дамоклов меч, — сказала Майя. Я смеялась над ним, называла параноиком. А потом на всех студиях появились агенты Департамента террора, начались чистки… Когда они закончились, в живых остались только трусы и дураки. — Она вздернула брови. — Не считая присутствующих, разумеется.
— Нет, я был именно трусом и дураком, — возразил Руперт. — Но стараюсь измениться.
— Когда интервью увидит свет, они придут за вами, — напомнила Майя.
— За мной уже приходили, — заметил Руперт.
— На этот раз будет по-другому. Вы покажете всему миру кролика, которого они прячут в шляпе.
— Как вы думаете, что сделают люди, когда обо всем узнают? — спросил Руперт.
Майя улыбнулась.
— Восстанут, устроят революцию, сокрушат систему. Начнут все заново, опираясь на более благородные идеи. Вы надеетесь, что я это скажу?
— А как еще они могут поступить?
— Все отрицать! — отчеканила Майя.
— Что тут отрицать? — спросила Люсия. — Это же правда.
— Люди бесконечно склонны к самообману, — объяснила Майя. — Департамент террора знает это и потому так силен.
— Тогда какой смысл в том, что мы делаем? — спросил Руперт.
— Не все откажутся поверить, — ответила Майя. — У тех, кто рискнет искать правду, появится возможность ее узнать. Для этого потребуется время. Возможно, нашей жизни на это не хватит. Но теперь есть информация о том, что случилось в Колумбусе на самом деле и кто за этим стоял. И я думаю, рано или поздно вооруженный бунт станет возможен. Или необходим.
— Никак иначе их не остановишь, — добавила Люсия.
— Глазунья, — Арчер поставил тарелки перед Рупертом и Люсией. — Хрустящие тосты.
Люсия набросилась на еду. Руперт без аппетита поковырял мягкий, посыпанный перцем белок.
— Вы слышали про Советский Союз? Знаете, почему он рухнул? — спросила Майя.
Руперт кивнул:
— Из-за гонки вооружений.
— Не совсем, — ответила Майя. — Говорят, он рухнул, потому что проиграл войну или из-за нищеты, но я в это не верю. По-моему, он развалился, потому что русские перестали верить прочитанному в газетах.
— И вы думаете, увидев интервью, народ перестанет верить? — спросил Руперт.
